Книга Падающие искры, страница 100 – Кэтрин Коулc

— Я верю. Сегодня дело было не в недоверии к тебе. Мне просто чертовски не понравилось, как Тоби на тебя смотрел. И я ненавидел себя за то, что сам дал ему этот шанс.

Я запустила пальцы в его волосы и приподняла его голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

— Время, что мы провели порознь, лишь доказало мне, насколько жизнь с тобой лучше.

Эти слова окончательно сломили остатки сдержанности Калдера. Его руки стали лихорадочными, он стащил с меня майку, а затем и пижамные шорты. Его рот жадно накрыл мой, язык настойчиво ласкал изнутри.

Его пальцы отыскали мою самую интимную зону, дразня, а затем проникая внутрь. Моя рука скользнула в его пижамные штаны. Его кожа была такой нежной, и этот контраст мягкости с твердостью под ней отозвался во мне приятной дрожью.

Большой палец Калдера очерчивал круги по моему клитору, и я выгнула спину. Каждое движение приближало нас к вершине горы, на которую мы взбирались вместе. Каждое движение его пальцев во мне подводило меня к самому краю этого обрыва. Мы столько раз вместе гонялись за горизонтом. Но на этот раз мы создавали свой собственный.

— Калдер, — хриплым шепотом сорвалось с моих губ его имя. Больше ничего говорить не требовалось. Он прекрасно понял, о чем я прошу.

Он сбросил фланелевые штаны и устроился между моих ног. Его вес вовсе не давил. Напротив, это ощущение его тела на мне, когда он коснулся головкой моего лона, заставило меня почувствовать еще большую связь с ним.

Я застонала, когда он вошел в меня. Я вскинула ноги, обхватывая его за талию. И он начал двигаться во мне.

В этих движениях чувствовалась та самая знакомая, дикая грань, словно мы оба пытались навечно запечатлеть этот момент на костях друг друга. Я подстраивалась под каждый его толчок, пока мы поднимались еще выше, туда, где я никогда раньше не бывала.

Наши взгляды скрестились, и никто из нас не отводил глаз, пока мы изнуряли друг друга страстью. Мои мышцы затрепетали, сжимаясь вокруг него.

— Калдер. — Его имя было выдохом, мольбой. Слиянием воедино и полным распадом.

Когда мы вместе сорвались с этого обрыва, я прочувствовала все, что было между нами. Радость и боль. Глубину понимания и неизвестное будущее. Надежду на то, кем мы становимся.

Но больше всего я чувствовала себя свободной. В то мгновение я поняла, что в жизни с Калдером я обрела совершенно иную свободу. За ней не нужно было гнаться, прыгая с гор или выполняя безумные трюки. Эта свобода никуда бы не делась. Она была константой. Надежной, теплой и легкой. Она не ограничивала меня и не заставляла притворяться кем-то другим. Она дарила мне полет.

Я подошел к Хэдли со спины, когда она стояла у раковины, обнял ее и поцеловал в шею.

— Как ты себя чувствуешь?

На ее щеках проступил легкий румянец.

— Немного все болит, но в целом хорошо.

Я усмехнулся, прижимаясь губами к ее шее.

— Что это говорит обо мне, если я рад, что ты будешь вспоминать меня весь день?

— Что ты дикий пещерный человек.

Я тихо рассмеялся и снова поцеловал ее.

— Меня и хуже называли. — Я выпустил ее из объятий, забрал миску, которую она споласкивала, и поставил в посудомойку. — Какие планы на утро?

С тех пор как Хэдли перестала выкладывать видео на свой канал, никаких новых писем, сообщений или звонков не поступало. Но это не значило, что мне улыбалась мысль оставлять ее сейчас одну.