Книга Влюбись в меня. Это приказ, страница 20 – Елена Волкова

— Не отдашь? — утопаю в поцелуях.

— Шутишь? — впивается в губы. Отдаюсь на растерзание. Добровольно. Потому что решила уже про себя. Вслух не могу сказать. — После такого отдать? Я тебя сколько ждал?

— Долго? — в тягучем забытьи спрашиваю.

— Очень долго.

Полотенце прочь. Одеяло на пол. Все, что мешает — на выброс.

На огромной кровати одна простыня. Даже подушек нет. Лежу распятая Булатовым. Он нависает надо мной, рассматривает поплывшим взглядом. Руки скованы его большой ладонью, вытянуты над головой.

— Знаешь, сколько хотел тебя?

Пальцы по бедру. Виляют, вырисовывают снежные узоры. Выгибаюсь и шиплю кошкой. Ш-ш-ш… Приятно.

И почти не стыдно.

— Нет.

«Нечаянно» подушечкой ведет в развилку. На автомате сжимаю колени. Саша, лениво усмехаясь, качает предупреждающе головой. В глазах темный огонь полыхает. Покорно развожу ноги, завороженная метаморфозой. Он не тот сейчас Саша, которого знала всегда. Это другой.

— Как только увидел, Лан.

— Почему?

— Влюбился, — пожимает плечами. — Сразу же. Все равно бы увел.

Не знаю, что сказать.

Просто глажу подушечками пальцев его губы. Прихватывает, немного прикусывает. Вздрагиваю. Между ног тягуче сводит.

Он такой опасный сейчас. Взгляд как у хищника. Это пугает и притягивает.

— Ты настоящий? — нервно смеюсь.

Кивает, пряча улыбку.

— Привыкнешь, не хотел тебя сразу пугать. Нормально все. Для тебя одной буду медвежонком. Хочешь?

Прыскаю. Двухметровая громила и вдруг медвежонок. Но для меня будет. Так Саша сказал. Ммм. Как же подкупает искренность. Какие же слова нужные и важные.

— Хочу, — против разума выпаливаю, когда пальцы касаются прямо там.

Не пошевелиться. Не дернуться. Запястья в надежных оковах. Горячее тело распинает по прохладной поверхности. Что он творит. Боже мой. Выгибает дугой.

Втыкается и творит там всякое… Ааах! Вдавливаюсь головой в кровать. Упираюсь пятками и меня просто выносит. Волны горячие одна за одной. Рывок. Нажатие и гладит, и гладит. И снова рывок.

Захлебываюсь в ощущениях. Парю в высь, камнем падаю вниз. Все в потрясающих оргазмических волнах.

— Саш, — пересохшими губами шепчу, не в силах разлепить связки. — Саш… хватит.

Выкручиваюсь. Терпеть разящие ощущения становится сложно.

Погружает язык в мой распахнутый рот. Послушно обхватываю и облизываю. Улыбается.

— Сквирта не было никогда?

Мотаю головой. Никогда.

У меня много чего не было. А если и было, не помню теперь. Все смазано.

— Моя девочка, — урчит, втыкая пальцы еще глубже.

От ощущений глаза закатываются. Невольно поднимаю бедра. Следую за бесстыдным кайфом. Мой дилер жадно следит за реакциями, сопровождая каждый хриплый выдох и вдох.

— Еще?

— Хватит, — обессиленно впиваюсь в руку.

— Ты такая красивая, когда кончаешь, — всовывает пальцы в рот. Порнушно облизывает. Это так порочно, горячо, что меня подбрасывает.

Спускается ниже. Сгребает грудь, впивается в напряженные вершинки. Сминает языком, жестковато втягивает. Сладенькой стрелой пронизывает от макушки до пяток. Навылет.

— Ммм…

— Громче.

Укус.

— Аах! — распахиваю глаза.

Поднимаю голову. Ошарашено пялюсь на то, как глядя пристально в глаза, Булатов оттягивает боксеры. Тяжелый член пружинисто выскакивает. Он далеко не среднестатистический. Большой.

Обхватывает у основания. Облизывая губы, проводит по всей длине.