Книга Влюбись в меня. Это приказ, страница 11 – Елена Волкова

Марк сука. В открытую же все делает. Неужели она к нему никогда в телефон не заглядывала? Отключаюсь от шума в бытовке. Паранойю с утроенной силой.

Стук в открытую дверь заставляет всех замолчать. Выбрасывает из вакуума. На пороге стоит растерянная Лана.

— Можно тебя? — зовет.

Подрываюсь со стула, иду в абсолютной тишине. Снова веду ее в малопроходимое место. Не ради себя, ради нее. Я же ее знаю. Загоняться станет.

— Что случилось?

Лана странно сверкает глазами. Несколько раз порывается сказать и останавливается.

— Лан? — не сдержавшись, беру за руку.

Переворачиваю кисть. На запястье счесана кожа. Наливается бледно-синим. От увиденного крыша улетает напрочь. Безотрывно прилипаю взглядом к ранке.

— Это что? — голос хрипами выходит. — Марк?

Молчит.

Прикрываю глаза, чтобы вдохнуть хотя бы.

Я его сейчас закопаю. Что за сучий потрох? В запале бережно поглаживаю пальцем пострадавшее запястье. Ловить успокоение не получается. Оставить безнаказанным проеб Марка не могу.

Бросаю в сумку последнюю вещь. Вроде бы все.

Собралась.

Напоследок застилаю свою половину кровати. Вторая половина не разобрана. Марк не ночевал дома. Такие теперь у нас дела.

В квартире прохладно. Зябко кутаюсь в плед. Есть еще минут тридцать до приезда Булатова. Он самовольно отменил поезд, едем на машине. Мне все равно, потому что не хочу ни о чем думать. Я обескровлена.

Переворачиваю вибрирующий телефон. Марк? Номер чужой.

Никогда не принимаю звонки, но сейчас жму на зеленую трубку.

— Света?

Женский голос.

Внутри снова распускаются иголки. Сжимаю пластиковый корпус. Ведь я же негласно когда-то ждала такого рода звонок. Разве нет?

— Да.

— А вы знаете, что у Марка есть любовница?

Что там приличные женщины говорят в такой ситуации? Не знаю. Цель одна — не зарыдать. И я не рыдаю. Мне кисло до отрыжки в горле. Голос мгновенно садится. Руки трясутся и не слушаются. Надо дышать. Надо просто дышать. Уговариваю себя. Умоляю.

Едва протолкнув лютый комок, делаю тихий медленный вдох.

— Какая потрясающая новость, — ровно отвечаю.

Выходит немного наигранно, мне плевать.

Мочу свободную руку в ледяной воде, прикладываю ко лбу.

— Вы понимаете, что лишняя теперь?

Дыши. Дыши. Дыши!

Смазываю с ресниц потекшую тушь. У меня три секунды разобраться по кому и по чему плакать пытаюсь. По предателю? С удивлением отмечаю, что нет больше любви. Марк ее растоптал. По уложенной в красивую прическу жизни? Так все фикция. По чем спрашиваю?

Обидно как женщине? Вот тут, пожалуй, да.

— Ваши предложения? — спрашиваю.

На том конце подвисают.

Подхожу к зеркалу. Бледная. Расстроенная. На больную мышь похожая. И что? Это теперь твоя жизнь, дорогая. Нужно очень вот так существовать?

— Отдайте мне Марка. Вы его совсем не интересуете. И знаете…

— Забирай, — отрезаю и кладу трубку.

Провалитесь вы все!

В гневе разношу всю квартиру. Бью все, что под руку попадется. Смахиваю свадебные фото. Не боясь поранить ноги, рву. Наволочки вдрызг! Простыни надвое! Из шкафа все на пол! Куда еще? Сдергиваю занавески с окон. Тяжелая гардина отрывается и разносит все на столике.

В запале бегу в ванную. Все колочу и швыряю.

Отшвыриваю собранную сумку к дверям. Туда же в кучу летит шуба и сапоги. Шуба… Подарок Марка. На хрен эту шубу. Под руку попадается нож. Всаживаю в блестящий мех, с треском раздираю подклад.