Книга После развода. Я не твоя война, страница 57 – Марта Макова

Меня аккуратно усадили на заднее сидение. Хлопнули дверцы, и машина тронулась с места.

— Всё хорошо будет, Ольга Александровна.

Я попробовала открыть глаза. Получилась только щёлочка, и в неё я мутно увидела тёмный затылок и крепкую шею мужчины, ведущего машину.

— Спасибо. — всхлипнула я, пытаясь выровнять дыхание.

Паника прошла, осталась только жгучая боль.

— Меня Егор зовут. Егор Михайлович Протопов. Отец Миши Протопова. — не поворачивая голову, представился мужчина.

— Я уже поняла. — кивнула я, и повернулась к мальчику, сидящему рядом. — И тебе спасибо, Миш.

На мою руку легла детская ладошка.

— Эта тётка ненормальная, да? — спросил Миша. — Вы её знаете?

— Знаю. — я до скрежета стиснула зубы.

— Женские разборки самые жёсткие. — со знанием дела хмыкнул Егор. — Жена, что ли, пришла выяснять отношения?

— Любовница. — недовольно буркнула я

— Вот наглая тварь. — неодобрительно прогудел Егор. — То-то она сбежала по-быстрому. Эти вообще к семье приближаться не должны. За такое в мешок и в Босфор. Думаю, муж ваш теперь так и сделает.

— Не уверена. — сквозь зубы процедила я. — Мы в разводе. В очень плохом разводе.

Некоторое время в машине стояла тишина. Каждый про себя переваривал увиденное и услышанное.

— Заявление надо писать. — сделав какие-то свои выводы, неожиданно возобновил разговор Егор. — Если что, мы с Мишкой в свидетели пойдём.

— Спасибо. — я прикрыла глаза, потому что дневной свет и даже незначительные потоки воздуха в салоне, причиняли жгучую боль. — Мне ваше свидетельство очень пригодится.

Я осторожно откинулась на спинку сидения и облизала губы. У меня появился ещё один козырь в рукаве. Может, даже и к лучшему, что любовница мужа показала своё истинное лицо. Главное, чтобы я не ослепла.

— Не ослепнете. Это же перцовый баллончик, а не нервно-паралитический газ. — успокоил Егор.

Я что, высказала свои мысли вслух?

— И камеры на школе тоже должны были всё записать. — подсказал Егор. — Нужно заехать после клиники и попросить запись.

В клинику меня Егор занёс на руках, потому что я ничего толком не видела, крутила головой и слепо тыкалась в пространстве.

Я и врача, того самого офтальмолога дядю Славу Звонцова рассмотреть не могла, потому что глаза толком открыть не получалось, люминесцентный свет ламп невыносимо резал. Но голос у Звонцова был приятный и спокойный.

— Роговица повреждена незначительно. Есть покраснение и отёк век. При правильном лечении есть шанс, что всё обойдётся без осложнений. — низко рокотал голос Звонцова надо мной. — Сейчас капельки в глазки закапаем, они снимут воспаление и боль. Мазь вам дам, перед сном заложите под веки. Дней через пять-шесть снова будете в норме. Я бы подержал вас в клинике пару деньков, но сами понимаете, отделение у нас детское. Но вы с Егором молодцы, молодцы. Сразу промыли. Без этого могло быть хуже. Последствия тяжелее. А так через недельку снова будет красавица.

— Мишке повезло. — с лёгким смешком произнёс Егор. — Ольга Александровна и правда умница и красавица. Мне в детстве не так фортануло. Моя учительница по сольфеджио была старая и злая. Сухая, как жердь и вечно недовольная. Я ненавидел сольфеджио. А тут хоть с сыном вместе ходи на уроки.

— Здесь я с тобой полностью согласен. — понимающе хохотнул Звонцов.