Книга Единственный для Ведьмы, страница 141 – Татьяна Серганова

Саид — Колдун, а я — человек. Ему нужен сильный сын, которого я ему подарить не смогу никогда. И он член Совета, элита Магов… Между нами ничего не может быть. Никогда.

— Тань? — не открывая глаз, прошептала я.

— Да, Лиза? — шум отодвигающегося кресла и вот сестра уже рядом.

— Он… ушёл?

Тишина.

Я всё ещё не могла открыть глаз. Боясь, что просто не выдержу сочувственного взгляда Тани.

— Нет.

Радость и боль в одном флаконе, которые разъедали мне сердце.

— Всё кончено?

— Я не знаю, Лизи, — сестрёнка нежно погладила меня по волосам. — Решать вам, а не мне.

— Ты же отлично понимаешь, что это конец.

— Я знаю, что вы должны поговорить. Но мой тебе совет — не решай за Саида, Лиза. Это должны сделать вы оба.

Кивнула, собирая остатки сил.

— Саид здесь?

— Да.

— Позови его, пожалуйста.

— Ты уверена? — помолчав, уточнила Таня.

— Да.

Лучше сейчас, лучше сразу обрубить все концы, чем лежать и плакать над собственной участью. Пришла пора отвечать за свои поступки.

Вот она, насмешница фортуна. Я частично повторила судьбу мамы. Несчастная Сирена, которая лишилась магии и силы. Вот только у неё был папа, а у меня есть только я.

Саид вошёл молча в палату, так же молча сел в кресло и только потом взглянул на меня. Сердце застыло и забилось быстро-быстро, стоило только взглянуть в уставшие тёмно-карие глаза на совершенно бесстрастном лице мужчины. Мне кажется или он отдалился, став чужим? Или всё дело в том, что без восхищенного писка сущности я сама воспринимаю его по-другому? Как понять, где правда, а где мои собственные домыслы и страхи?

— Привет, — тихо произнесла я и, грустно ухмыльнувшись, добавила: — Ругаться будешь?

Наверное, не стоило сразу нападать, но удержаться я не могла.

— Нет, — спокойно ответил он, скрестив руки на груди, продолжая гипнотизировать меня странным взглядом.

— Орать?

— Нет.

«А жаль. Это лучше, чем его равнодушная физиономия».

— И зачем пришёл? Поиздеваться?

— Снова мимо.

— Сказать, что был прав, а я непроходимая дура?

— Ты сама это сказала.

Где-то в глубине души вспыхнула злость. Вспыхнула и погасла на фоне общей волны равнодушия.

— Что ты хотела, Лиз?

— Я? — недоуменно моргнула, пытаясь понять, о чём мужчина сейчас говорит.

— Татьяна сказала, что ты хочешь со мной поговорить. Я весь во внимании.

Злость и обида вспыхнули ярче и так и остались, терзая и без того искалеченную душу, мне даже пришлось сжать руки в кулаки, чтобы успокоиться.

— А ты, значит, разговаривать не хочешь, — пробормотала я и сглотнула. Было больно, но всеми силами старалась этого не показывать. — Понятно. Хорошо. Я лишь хотела извиниться перед тобой.

Помогать Оборотень не стал.

— За что?

— За то, что применила к тебе флёр и скрыла план.

— Который практически тебя убил, — закончил Саид.

Он внезапно хлопнул в ладоши. Три раза. Каждый удар прозвучал как выстрел в сгустившейся тишине.

— Полегчало? Совесть очистила? — с интересом поинтересовался мужчина.

— Что?

— Ты же у нас теперь с совестью, в отличие от меня. Попросила прощения и жизнь стала легче, да, Лиз? — всё равнодушие исчезло, оголяя злость и боль, которые огнём горели в его глазах. — Нравится быть великомученицей?

— Что? — тут не выдержала я. Злость требовала выхода, и я дала его ей. — Да как ты смеешь? Мне что, перед тобой на колени надо падать и вымаливать прощение?