Книга Девочка из глубинки Том 2, страница 76 – Слава Доронина

Интересно, это такая степень безразличия? Или попытка загладить вину? И чувствует ли он вообще что-то, или ему куда важнее, чтобы я оказалась «подлинником». Точнее, наш ребенок.

Абсурд. Самый настоящий.

Я сейчас похожа на пустой тюбик, из которого выдавили всю радость. А ведь со стороны все выглядит так, будто я попала в сказку. Подающий надежды врач, который вскоре займет кресло главного врача, новая квартира, хорошая машина, шикарная свадьба. Но стоит заглянуть за кулисы — и все это похоже на дорогую тюрьму. Потому что если я сейчас сбегу, то, во-первых, куда? И только до родов, после чего у меня отберут сына? А во-вторых, как я буду добиваться опеки над ребенком, не имея ни гроша за душой?

У кого-то уходят годы на брак, в котором женщина лишь спустя время понимает, что на самом деле не важна своему мужу как отдельная личность. А мне, считай, сразу это дали понять. Первый пункт завалила? Иди сдавай тест и подтверждай мое отцовство. И так всю жизнь? Поддерживать свое право быть в его доме, реальности. И не дай бог шаг ступить в сторону.

Взяв телефон, отвлекаюсь на форуме беременяшек, листая переписки девочек. Там куча сообщений. Все поздравляют друг друга с Новым годом, делятся, кто что и кому подарит из семьи, хвалятся какими-то достижениями, которые произошли у них за год. От всех буквально исходит живая энергия, а меня словно до капли высосали. Пишу короткое «С Новым годом!», которое тонет в дальнейших публикациях, и затемняю экран. По сути, мне нет до этого дела. Что там у других. Потому что много собственных проблем и ни одной мысли о том, что же такого подарить Маю, чтобы его порадовать, и как этим всем похвастаться перед другими.

Отложив телефон, пью чай небольшими глотками и смотрю на Лешу впервые за долгое время, ощущая не нежность, не благодарность, не уважение, а презрение. Потому что все, что сейчас происходит между нами, отдает ужасным цинизмом. Нет, безусловно, я сглупила, придумав себе собственную реальность, что мы создадим семью и все будет как у всех. А Май создал свою. И вот теперь они обе, наверное, разрушены. Потому что очевидно: он мою сказку поддерживать не станет, а от меня потребует наступить на какие-то свои принципы и играть роль примерной жены. Если ребенок в животе окажется его.

Был бы хоть единственный шанс, чтобы это было не так... Еще несколько месяцев назад я боялась, стыдилась мысли, что это мог бы быть ребенок Сколара. А сейчас как-то не до стыда, когда представляю, какая жизнь меня ждет с Маем. И ведь красиво говорил, красиво ухаживал, а на деле… будто и впрямь в дорогой клетке теперь сижу.

— После праздников будут готовы результаты. Заодно и на оглашение наследства сходим. В сегодняшний вечер вносим коррективы. На работе коллеги, с которыми близко общаюсь, отмечают Новый год в ресторане. Туда пойдем, потому что смотреть на твое недовольное лицо весь вечер нет желания.

Мое тело мгновенно напрягается и вдруг становится похожим на заржавевший болт в гайке. Не могу пошевелиться. А если сделаю это, то не исключено, что плесну Маю чаем в лицо.

Да, рабство, безусловно, отменено. Но фактически он меня купил, и я теперь его раб. Просто осознала это только сейчас.

— Еще распоряжения? — уточняю я, совладав с эмоциями.