Книга Девочка из глубинки Том 2, страница 3 – Слава Доронина

Саида задерживает на мне внимание. Но ненадолго.

— Идем, — говорит он, берет ее за руку, и они направляются за мной.

Соблазн обернуться велик, но лучше не поворачиваться. Кому-кому, а Сколару афишировать свое положение я точно не хочу. Со спины пока и вовсе ничего непонятно.

Подвожу их к двести тридцать первому кабинету и останавливаюсь у двери, отдаю карточку. Демьян заводит жену, а я наконец стираю с лица эту доброжелательность и прикидываю, где ближайший туалет, потому что надо немедленно сбрызнуть лицо холодной водой и прийти в себя.

Делаю шаг назад и слышу в спину голос Сколара:

— Мишель…

Будто гвоздями к полу прибивают, когда чувствую легкое прикосновение и, кажется, вот-вот спикирую в обморок.

Натягиваю дежурную улыбку, собираясь играть безразличие до конца и поворачиваюсь, отдергивая руку.

— Да? Вы что-то забыли?

Демьян впивается в мое лицо пытливым взглядом.

— Ты здесь работаешь?

— Как видите, — сохраняю официальный тон. — Извините, меня другие посетители ждут.

Чего стоит уйти с гордо поднятой головой. Чего стоит вообще остаться на ногах. Лишь когда оказываюсь за стойкой и сажусь в кресло перед компьютером, выдыхаю и прикрываю глаза, чувствуя сильное головокружение. Малыш в животе слабо пинает, и я опять неосознанно тянусь ладонью, чтобы его погладить, и тут же отдергиваю руку. Нельзя. А как хочется. Забиться бы в угол и снова себя жалеть, плакать... но потом, позднее. Возможно, никогда. Эта парочка еще вернется от доктора на оплату приема, а вечером у Мая день рождения... Да и разве мало было уже выплакано? Хватит. Достаточно лить слезы по этому подлецу.

Чета Сколаров выходят от врача спустя сорок минут. Демьян расплачивается за прием картой и всё это время не сводит с меня глаз, пока я вновь изображаю из себя равнодушие. Буквально прожигает ими — а может, пытается вскрыть черепную коробку, я не знаю, но физически становится не по себе от этого контакта. Еще и оплата проходит только со второго раза и все это время я будто под микроскопом нахожусь.

— Вы довольны визитом? Все понравилось? — спрашиваю ровным голосом, который все же фальшивит на последней фразе.

Сколар молчит и продолжает сканировать. Наконец кивает.

— Следующий визит в конце недели.

— Какие часы? На вторую половину дня будет удобно? — кошусь в сторону его жены, которая тоже не сводит с нас глаз.

— Вполне. После шестнадцати.

— Отлично, записала вас на семнадцать тридцать.

Сухо прощаюсь, возвращая взгляд к монитору. И как только Сколар отворачивается, пряча карту в карман брюк, смотрю ему вслед. Внутри снова взрываются петарды — целые салюты, и не от эйфории. Это мучительно больно, видеть их вдвоем. Даже дышать невозможно и висках сильно шумит…

Интересно, в почти девятнадцать лет сердце может шалить? Почему так давит и тянет с левой стороны?

Телефон некстати пищит на столе. Я перевожу на него взгляд.

Май присылает фотографию. Ему подарили саблю, и он кривляется на камеру. Улыбается во все тридцать два зуба и выглядит искренне счастливым. Не то что я — изображающая из себя всем довольную администраторшу.

«Заеду за тобой ближе к шести. Как дела? У меня кайф. Жалко, тебе сейчас нельзя, а то мы бы вечером расчехлили эту саблю. В ней вискарь. Какой-то элитный, представляешь?» — слушаю его голосовое.