Книга Билеты в один конец, страница 73 – Слава Доронина

Хотя вполне могла бы попросить Лену, но не хочу так.

«Отмени, я позже сама приеду».

Влад пишет, что машина подождет.

«И таксист озолотится на ожидании», – отправляю ему.

Таранов больше ничего не отвечает.

Поднимаюсь с пола и иду укладывать Алису. Говорю, что пора спать. Она, как всегда, просит ещё минуту, но, к моему удивлению, быстро засыпает – будто чувствует, что мне нужно уйти. Накрываю её пледом, приглаживаю волосы, задерживаю взгляд на лице. Потом тихо выхожу из комнаты, предупреждаю Лену, что отъеду, переодеваюсь и покидаю квартиру.

Страх, что снова пересекусь с Толей, никуда не делся – наоборот, только усилился. Я частично выдыхаю, когда его нигде не оказывается. А ещё замечаю внизу такси с тем самым номером, который скинул Таранов.

Лицо у водителя довольное – и понятно почему. Я бы тоже радовалась такой сумме за ожидание. Всё-таки Таранов иногда очень странный.

Добравшись до его дома, захожу в подъезд, отбрасывая всю моральную составляющую «что я, как проститутка, к нему приехала». Потому что я не она, и не стоит навешивать на себя ярлыки. Я здесь по своему желанию и воле. Меня никто не заставляет, не принуждает – сама этого хочу.

Поднимаюсь на лифте, прохожу по коридору и останавливаюсь у двери, которая тут же распахивается. Сердце колотится так, будто выскочит из груди, и я почти забываю, зачем пришла, когда вижу Таранова.

— Наконец-то, – Влад притягивает меня за руку, целует в шею, снимая всю накопившуюся за день напряжённость.

Дрожь проносится по всему телу, и не успеваю понять, как мы уже в полумраке спальни. Его ладонь ложится на мою талию, и я замираю на полувздохе, когда он касается губами сначала моего подбородка, затем ключиц. Лёгкий укус. Снова дразнится? Отвечаю нажимом ногтей.

— Без отметок, Татьяна, – строго произносит он, но губами улыбается. – Иначе введу штрафы и буду вычитать из зарплаты. И за те дни, когда водишь машину.

— Я уже и на ставку водителя утверждена?

— Ещё думаю, – он, не отрывая взгляда, расстегивает мне пуговицы на блузке и, с удивлением приподняв бровь, останавливается.

— Я специально оделась во всё офисное. Назвать тебя Владиславом Александровичем, когда ты снимал бы с меня футболку, было бы не так возбуждающе, согласись? – Провожу пальцами по его груди.

— Согласен, – он накрывает мою руку своей, и наше дыхание смешивается.

Кровать мягко пружинит под тяжестью наших тел. Влад позволяет мне быть сегодня сверху. Ведет ладонями по моим бедрам, скользя уверенно, но осторожно – будто не желая пропустить ни сантиметра. Задирает юбку, сдвигает бельё и погружает в меня пальцы.

Я тяжело втягиваю воздух, сжимаю колени. Ни одно слово не способно выразить, что происходит со мной в эти минуты близости.

Таранов приподнимается и стягивает домашние брюки вместе с боксерами. Его член обжигает кожу на внутренней стороне бёдер, а потом он входит в меня упругим, уверенным толчком. Подаётся вперёд, кладёт руку мне на затылок, вплетая пальцы в волосы – и я отпускаю себя, словно падаю в его объятия, без страха, без оглядки.

Мы целуемся сначала нежно, а затем – глубоко, жадно. В такт его нарастающим толчкам.

В какой-то миг дыхание сбивается в единый ритм, и за ним приходит опьяняющее ощущение растворённости. Всё происходит слишком стремительно. Я прикусываю губу, стараясь сдержать громкий стон, и крепче обнимаю его плечи.