Книга По доброй воле, страница 48 – Слава Доронина

— Двоюродный брат мужа. Они не ладили с Мишей. Вадим пообещал, что я пожалею о нашем с тобой сотрудничестве. Говорил об этом в будущем времени, не зная, что на самом деле я уже пожалела.

— Сильно?

— Очень.

Шахов обхватывает мою талию ладонями. Жест такой нежный и в то же время собственнический. Помимо воли слезы вскипают в глазах. Сейчас Григорий рядом, а потом опять исчезнет. Я ничего не знаю о его жизни!

— Не нужно…

— А как нужно, Ася? Я привык брать. Получать, что хочу, зачастую не думая о чувствах других. Но вот с тобой не знаю, что делать. Нравишься. – Он обнимает крепче. – С первой встречи зацепила.

Он опускает лицо и ведет носом по моей шее. Картинка перед глазами расплывается.

— Проблема знаешь, в чем? Таким домашним девочкам, как ты, нужен брак, дети, стабильность и все, из этого вытекающее. А я не смогу тебе это дать.

— Почему?

— Потому что меня устраивает моя свобода и отсутствие обязательств.

— Потрахаешь меня и выкинешь, когда захочу большего?

— А вдруг со временем и я захочу?

— Вряд ли…

Григорий усмехается, будто соглашаясь со мной.

— У женщин хорошо развита интуиция. Твоя правильно подсказывает: держись от меня подальше.

— Что я и делаю! Предлагала половину своей фирмы, но не себя. Закинула твой номер в черный список. И сейчас не я тебе позвонила первая, ты сам…

— Сам, – перебивает Шахов. – Потому что хочу тебя.

Он перемещает руку на мой затылок и притягивает к себе, впиваясь в губы жадным поцелуем.

— Я пьяная, а ты пользуешься ситуацией, – бормочу, когда Шахов прерывает поцелуй.

Сердце стучит о ребра, голова кружится. Умопомрачительный коктейль из эмоций. Но мне уже хватит.

— Так не пила бы.

Григорий скользит взглядом по лицу, шее, ниже. Даже не скрывает, что возбужден и хочет продолжения.

— Поехали ко мне, – предлагает он.

В чем-то Григорий прав. Вскоре я захочу отношений, станет мало – быть только его любовницей и личной девочкой по вызову.

Плеснуть бы в лицо холодной водой, чтобы перестать желать ласк этого человека. Если я настолько нравлюсь Шахову, то и помочь мог бы просто так. Зачем лез ко мне в трусы, если видел, какая я? Ну и сорок процентов акций фирмы на «просто так» явно не тянут.

— Проводить вечер в мужских объятиях в планы не входило. И вообще, я домашняя девочка, сам же только что признал. Они сидят дома и незнакомым мужикам не дают, – ощетиниваюсь, хотя собиралась произнести совершенно другое, не такое резкое.

Давно усвоила урок, что в сложных ситуациях необходимо сохранять вежливый тон.

— Хорошо. Это я ему и скажу, – говорит Шахов и выпускает меня из объятий.

Поплывший мозг не сразу соображает, кому и что Григорий собирается сказать, а потом я вижу идущего к нам человека. Наверное, тот самый трезвый водитель. Вовремя. С ним бы мне и уехать домой, но что-то подсказывает: Шахов этого не позволит.

Наблюдаю, как он объясняется с незнакомцем, после чего тот уходит, а Шахов возвращается к машине и становится напротив меня.

— Мало свободного времени, со всех сторон завалы. Ответственность. Рано утром уезжаю. Может, все-таки ко мне?

— Да ты романтик, – язвлю я, приходя в еще большее негодование.

Как все у Шахова просто! Высвободил вечерок для ебли.

— И все же? – Он смотрит на меня в упор.

— Какой рассчитываешь получить ответ?