Книга По доброй воле, страница 108 – Слава Доронина

— Это не остров, а проклятие какое-то, честное слово, – в сердцах произносит муж. – В последний раз мы сюда приехали, слышишь? Как чувствовал, что это плохая идея. В прошлый раз тебя увозил, не переставая с московскими врачами быть на связи, сейчас двоих вывозить буду?

— С нами все будет в порядке, – слабо заверяю. – Не переживай.

— А ты про второго говоришь. Стар я для таких нервотрепок. Давай, наверное, одним ограничимся. Не получается, значит, и не надо.

Я освобождаюсь из рук Гриши и иду в ванную за аптечкой. Себя на ноги как-нибудь поставлю, бывало и хуже, а вот состояние Ванюшки огорчает. К тому же домой собирались лететь. Теперь, наверное, придется отложить возвращение, пока сыну не полегчает.

Врач приходит в номер через два часа, берет у всех анализы, назначает Ване лечение.

— Похоже на тепловой удар. Долго вы были на солнце в эти дни?

— Да…

— Хорошо. Анализы покажут яснее.

— Это точно не отравление? – спрашивает Григорий.

— Вроде нет. Но необходимо понаблюдать.

Врач уходит, дав Ване жаропонижающее и оставив рецепты лекарств на случай ухудшения состояния. Я сажусь на край постели сына и глажу его по ноге.

— Слабенькие вы у меня. – Григорий садится рядом и обнимает.

— Не без этого, – улыбаюсь в ответ и кладу голову ему на плечо.

Через пару дней Ване становится лучше, да и мне тоже. Пересдав анализы, мы решаем не откладывать возвращение домой, и я начинаю собирать чемоданы.

Вечером натыкаюсь на статью о недавно упавшем самолете. Обычно я стараюсь на зацикливаться на плохих новостях и давно отписана от подобных пабликов, делаю вид, что их не существует. Но в этот раз информация сама попадается на глаза, и все забытые эмоции и чувства, все мои глубокие страхи тут же обостряются.

Долго не могу заснуть, вспоминая события шестилетней давности. Спихиваю подушки на пол и вытягиваюсь на спине, потом на животе. Каким-то чудом все же проваливаюсь в сон, но снится ужасный кошмар. Я, Гриша и Ваня погибаем в авиакатастрофе.

Утром просыпаюсь в холодном поту. Меня трясет. Лишь контрастный душ немного приводит в чувство.

— Результаты анализов пришли, – доносится голос Гриши.

Муж, в отличие от меня, вовсе не ложился спать, а работал. Поднимаю на него глаза:

— И что там?

— Все хорошо… – отвечает он как-то странно и, откинувшись на спинку кресла, долго смотрит в экран.

— Правда все хорошо?

— Да.

— Мам! – зовет сын, отвлекая. – Я могу пойти попрощаться с друзьями?

— Только недолго. Через час за нами приедет машина.

Сын выбегает из номера, а я заканчиваю собирать чемоданы, думая о том, как хочется домой. Отдыхать, безусловно, хорошо, но в этот раз я что-то никакая.

— Так что там с анализами?

— Все в пределах нормы. Лейкоциты у Ваньки немного повышены. Приедем, покажем его врачу.

Трансфер до аэропорта проходит в напряженном молчании. Не могу отделаться от тревожных мыслей о самолете, который недавно потерпел крушение. Что, если мы следующие?

— Все в порядке, Ася? – интересуется Гриша после паспортного контроля, заметив мое взвинченное состояние, хотя я изо всех сил стараюсь скрыть повышенную нервозность.

— Да.

Он молчит, но взглядом будто внутренности выворачивает. Надолго моей скрытности не хватает.

— Вчера увидела новость, что пассажирский самолет, летевший с острова, потерпел крушение, – признаюсь я. – Там были фотографии обломков. Точнее, того, что осталось от самолета. А еще мне приснился плохой сон. Я очень боюсь лететь. Не хватало еще, чтобы у меня случилась паническая атака на глазах у сына. Ваня после такого может отказаться сесть в самолет…