Книга Хозяин пустыни, страница 2 – Слава Доронина

— Слушайте, — говорю уже резче. — Там гид, группа, люди. Если я сейчас не вернусь, меня будут искать. Я туристка.

Но ему будто все равно. Он дергает меня на себя, я почти врезаюсь в него грудью, и меня передергивает от ужаса.

— Отпустите, — воплю уже на инстинктах. — На помощь, — пытаюсь вывернуть руку.

Но он перехватывает вторую и теперь держит меня за оба запястья.

— Вы понимаете, что делаете? — тараторю я, чувствуя, как начинает подниматься паника. — Это уголовное преступление. Туристы здесь под защитой. Вас посадят.

Он лишь громче смеется.

— Посадят? В пустыне?

Потом говорит что-то на арабском.

— Да. Посадят. Полиция. У нас гид, у нас группа. Меня будут искать.

Хотя не уверена. Ночь. Темно. Я даже не могу толком рассмотреть лица. Да они практически все для меня на одно! Господи…

Ублюдок наклоняется ближе.

— Ты будешь молчать, — толкает меня назад.

Я спотыкаюсь о склон бархана, падаю на колени. Холодный песок мгновенно набивается в кроссовки.

— Помогите! — снова кричу.

Он хватает меня за плечо и тянет вниз. К каким-то темным кустам.

— Вы с ума сошли? Прекратите!

Но он резко толкает меня. Я падаю на спину. Песок набивается уже в волосы и даже немного в рот. Насильник наваливается сверху. Тяжелый. Грубый. Вонючий. Я чувствую, как его колено пытается раздвинуть мне ноги.

— Нет! Нет! — бью его. Куда попадаю. В грудь. В шею.

Набрав в ладонь песка, бросаю ему в лицо. На секунду он отпускает меня, но этого хватает для маневра. Я скатываюсь вниз по бархану почти кубарем. Поднимаюсь и бегу. Песок проваливается под ногами. Едва удерживаю равновесие. Ветер свистит в ушах. Где-то позади слышатся шаги. Но я не оглядываюсь. Ещё несколько мгновений назад я едва не умирала от восторга, когда смотрела на звёзды, а сейчас задыхаюсь от страха.

Вдруг на возвышенности появляется приближающаяся полоска света и звук машины. Я выскакиваю вперед, бегу прямо на свет. Потому что это сейчас единственный шанс. И лучше уж под колесами машины оказаться, чем под тем противным мужиком. Может, это погонщик верблюдов, и как бы я тогда точно определила кто меня изнасиловал?

Рев мотора, визг тормозов, песок летит в стороны. Джип останавливается передо мной так резко, что я падаю, не удержавшись на ногах. Несколько секунд просто лежу, ослепленная светом, не в состоянии пошевелиться от пережитого страха.

Дверь машины открывается. Кто-то выходит. Снова мужчина. Говорит на арабском. Голос резкий, раздраженный. Надо что-то сказать в ответ, но не получается. Воздух застревает в горле. И ни одного английского слова в голове, охота орать матами на русском.

Дурацкая пустыня! Ни черта тут не весело!

Мужчина подходит ближе. Опускается передо мной на корточки. Теперь я вижу его лицо: резкие черты, темные глаза, отросшая щетина. Он высокий, в кожаной куртке и без шарфа. А еще не в этих балахонах, как тот омерзительный тип.

— Что случилось? Ты как здесь оказалась? — спрашивает уже на чистом английском.

Я поднимаю руку и показываю назад.

Может, и не араб вовсе? Хоть бы!

На гребне бархана появляется фигура. Тот самый бедуин. Или кто он на самом деле. Он остановился. Смотрит на нас. Мужчина рядом со мной делает шаг вперед. Что-то говорит ему на арабском. Голос спокойный. Но в нем есть что-то такое, что даже мне становится не по себе и хочется закопаться с головой в песок. Фигура на бархане разворачивается и исчезает в темноте.