Книга Хозяин пустыни, страница 113 – Слава Доронина

— Никс…

— Дай закончить. — Он поднимает руку, останавливая меня. — Я ушел, потому что рядом со мной находиться было небезопасно. А предложить тебе жизнь с риском и опасностью было нечестно с моей стороны.

— Выходит, ты зря появился? — все же перебиваю. — Но хотя бы уедешь, зная, что у тебя скоро родится дочь.

Он берет мою руку. Сжимает. А затем подносит к губам и оставляет короткий поцелуй.

— Вот именно, Валерия. Никуда я не уеду.

Эти слова трогают до глубины души, но я больше не одна и думать должна не только о себе, но и о дочери.

— Если есть хотя бы маленькая вероятность, что тот ужас с похищением повторится…

— Не повторится. Не с нами и не в этой жизни. Да, абсолютную безопасность я гарантировать не могу. Я все же не бог, и есть обстоятельства, которые иногда не зависят от человека. Но все, что зависит от меня, я сделаю. Я хочу видеть не только твои улыбки, но и ее. И не желаю пропустить ни дня из вашей жизни.

Все же плачу. И прикусываю щеку изнутри, чтобы не разрыдаться сильнее. Нервы на пределе.

Телефон на столе подает признаки жизни. Чатик ожил. Там какая-то активная переписка. Наверное, девочки увидели мой новый вариант имени. А я, кажется, определилась не только с ним, но и с папой для своей дочери.

Никс встает, сложив детские вещи обратно. Присаживается передо мной на корточки, наплевав на окружающих и их взгляды. Пальцами стирает мокрые дорожки со щек, касается моего лица и гладит: брови, скулы, лоб.

— Я так скучал, Лера. Приехал за одной девочкой. А у меня их, выходит, теперь две?

Если существуют моменты острого, чистейшего счастья, то это один из них.

— Никс… — впервые зову его настоящим именем.

Я тщетно пытаюсь совладать со слезами, с бешено колотящимся сердцем и просто впитываю каждую свою эмоцию, чтобы запомнить этот идеальный день.

После всех тревог, волнений, страха и тоски разве реально испытать столько счастья?

Реально. И даже больше.

Губы Никса тянутся к моим и оставляют поцелуй. От его вкуса и языка в голову ударяет, как от бокала шампанского, а живот будто кто-то щекочет изнутри.

Это необычное ощущение повторяется, и я замираю на несколько секунд.

Никс прерывает поцелуй, смотрит на меня.

А я, приложив ладонь к животу, снова чувствую это плавное движение. Будто рыбка внутри плещется.

— Лера?.. Все в порядке?

Я до конца не уверена, что это первые шевеления, но столько читала об этом. Все по-разному описывали свои ощущения, но… так похоже.

Наша дочь, выходит, его чувствует?

И тоже рада его появлению так же, как и я?

— Да, — отвечаю я.

В чатике опять активность, сообщения идут одно за другим. Телефон на столе без конца вибрирует. Но мне сейчас не до девчонок. Я вся в Никсе и не верю, что он тут. Вдыхаю его запах, впитываю тепло, и от переизбытка эмоций снова чувствую головокружение.

— Идем домой? — отстраняется он. Встает. Протягивает мне руку.

Я смотрю на его ладонь и улыбаюсь.

— Что? — он непонимающе смотрит на меня.

— Ничего, — качаю головой.

В последнее время я часто представляю картинку, как родила, как дочь пошла и подбегает, берет меня своей теплой ладошкой, и мы идем гулять. Только сейчас… Сейчас эта девочка — я. И когда вкладываю руку в ладонь Никса, а он, оставив деньги за счет и взяв пакеты с детскими вещами, ведет меня домой, к глазам предательски подступают слезы.