Книга Сводные. Ты не для меня, страница 8 – Нюта Царёва

— Да ты, Снежок, волшебница, — смеется Кайрат, но в его смехе нет ничего доброго.

Ахмет прижимается к нему, глядя на меня испуганными глазами.

— Он не говорит. Вообще, — вдруг хрипло произносит Кай. — Несколько лет уже.

Как не говорит? Совсем? Такое бывает? Становится жутко стыдно.

— Я не знала... — слова застревают в горле, но я все же их выталкиваю.

— Конечно. Ты даже не попыталась узнать, — словно плетью проходится по плечам. Даже вздрагиваю от стаи колючих мурашек. — Так что ты здесь делаешь, Снежок?

— Да что вы себе позволяете?! — громкий голос матери перебивает все. — Мне нужен этот ребенок!

Кай отворачивается, его лицо становится жестким, как камень.

— А я против, — говорит он тихо, но с такой угрозой, что даже мне становится страшно. — Убирайтесь отсюда. Обе.

— Ты об этом пожалеешь! — кричит мама, разворачивается и уходит к машине.

А я остаюсь стоять, словно приросла к месту. Хотела бы сбежать, но не получается. Ноги меня не слушаются, а в ушах громко бухает сердце.

Кай делает несколько шагов ко мне, наклоняется ближе, его горячее дыхание касается щеки.

— Тебе помочь найти выход или справишься? — уголки его губ приподнимаются в яростной гримасе.

— Ну ты и хам! — выдыхаю я, с трудом находя в себе силы отойти.

— Это ты мне сейчас сказала? — его бровь дерзко приподнимается, и на губах появляется та самая раздражающая усмешка. — Корона мозг сдавила?

— Да ты… — я делаю еще один шаг назад, чувствуя, как злость наполняет меня до предела. — Тебя вообще учили, как разговаривать с людьми?

— С такими, как ты? — Кай резко выпрямляется и наступает на меня, сокращая расстояние.

Я чувствую, как его близость становится почти невыносимой. Горячее дыхание обжигает щеку, и я, вопреки здравому смыслу, решаю не отступать.

— Ты можешь держать дистанцию? Или это для тебя слишком сложно? — выпаливаю, глядя прямо в его темные глаза.

— А ты смелая, — протягивает Кай, не двигаясь. — Но только на словах.

— Уж тебя точно не боюсь, — парирую я, хотя внутри все дрожит. Бесит его взгляд, будто уже знает, что выиграл в этой словесной дуэли.

Ахмет, прижавшийся к его боку, смотрит на нас с детским страхом, будто боится, что сейчас произойдет что-то ужасное. Это заставляет меня немного остыть. Я делаю глубокий вдох, и первая отступаю на шаг.

— Знаешь, Кайрат, — говорю я тише, — ты слишком упрямый. Только не думай, что этим можно гордиться. Иногда нужно не только защищаться, но и идти на встречу людям.

Он смеется. Этот звук пробирает меня до самых костей.

— Ты сюда пришла читать мне нотации? — его голос становится жестче. — Вот что я тебе скажу, Снежок. Ты понятия не имеешь, каково это выживать. Так что свои умные слова оставь для подружек.

Я сжимаю кулаки, чувствуя, как слезы гнева подступают к глазам. Бесит, что он вызывает такие эмоции.

— Снежок, не появляйся здесь снова. Тебя здесь не ждут.

Я смотрю на него, не зная, что ответить. Сердце стучит так громко, что кажется, он это слышит.

— Да пошел ты, — бросаю я и, развернувшись на каблуках, иду к калитке. Но его взгляд я чувствую на своей спине, как горячие угли.

Не оглядываюсь. Спешу к машине, где уже сидит мама, явно готовая выплеснуть на меня свое недовольство. Но все, что я сейчас могу слышать это противный голос сводного, его смех и собственное сердце, бьющееся в ярости.