Книга Сводные. Ты не для меня, страница 76 – Нюта Царёва

Луиза пропадает в больнице, а я почти все время я провожу рядом с Мэри. Словно мир сузился до нее одной и Ахмета.

Мы гуляем втроем по улицам, держась за руки.

— До-го-няй! — смеется Ахмет и пускается вперед.

— Ах ты проказник! Ну подожди! — кричит Снежок ему вслед и смотрит на меня с улыбкой.

Я хватаю ее за руку, и мы бежим за малышом, смеясь и перепрыгивая через лужи.

Дома вместе готовим ужин. Она тушит мясо, а я режу овощи.

— Кай, ты опять лук шинкуешь так, будто врага на части рубишь, — шутит Снежок, забирая у меня нож.

— Главное искренне, — ухмыляюсь я.

Ахмет таскает кусочки со стола, и мы притворяемся, что не замечаем. Он радуется маленьким победам.

Позже садимся за домашку для Мэри. Она морщится над учебником, вычеркивая что-то в тетради.

— Не понимаю, — бурчит, уткнувшись в формулы.

Я забираю у нее ручку, объясняю проще, на пальцах, на примерах из жизни.

— Представь, что деньги — это числа. Вот тебе заплатили за спектакль, а вот ты половину потратила на пуанты. Сколько осталось?

— Мало, — фыркает она.

— Ну вот. Математика, — улыбаюсь.

Я смеюсь, когда она сдувает прядь со лба и морщит носик.

— Похулиганим немного? — спрашиваю, дразня и пробираюсь пальцами под ее футболку. Под ней ничего нет только нежная бархатистая кожа и соски, которые мгновенно твердеют от моих прикосновений.

— Только если завтра ты пойдешь за меня на контрольную, — фыркает Снежок и ловко выворачивается из моих рук. Но все же ближе к ночи сдается и растворяется в моих поцелуях и объятиях.

В такие моменты я понимаю: мы как одно целое.

На контрольную Снежок идет сама и с легкостью ее решает. А вечером, садится рядом со мной на диван, поджимает ноги под себя, и ее волосы рассыпаются по плечам. Она такая красивая, что у меня на мгновение перехватывает дыхание. Маленькая, красивая и такая уже родная.

Я машинально тянусь к ее руке. Наши пальцы переплетаются, как будто всегда должны быть вместе.

Мэри смотрит на меня снизу вверх, ресницы трепещут.

— Ты придешь на мое выступление? — тихо спрашивает она, словно боится услышать отказ.

Я даже не раздумываю. Сжимаю ее пальцы крепче.

— Конечно, приду, — отвечаю сразу. Другой вариант даже не рассматривался.

Ее глаза вспыхивают светом, и она так искренне улыбается, что я готов свернуть горы ради нее.

— Могу еще пацанов подтянуть, если хочешь. Кота, Фея, Вика. Они там тебе целую трибуну поддержки устроят, — добавляю с улыбкой.

Снежок смеется и, не стесняясь, целует меня в щеку.

— Нет, правда. Представляешь: они в первых рядах, а Фей еще растяжку перед танцем покажет, — подкалываю я.

— Ой нет, пожалей публику, — хихикает она, пряча лицо мне в шею.

Я ловлю ее за подбородок, притягиваю ближе и краду сладкий поцелуй. Нежный, долгий, чтобы напомнить ей, как много она для меня значит.

— Мне хватит и тебя, — шепчет она потом, чуть касаясь лбом моего.

Мы все время держимся за руки, целуемся при любой возможности, словно не можем насытиться друг другом.

— Люблю тебя, Снежок, — шепчу ей в порыве, когда она засыпает у меня на груди.

— И я тебя, — отвечает она сквозь сон.

В такие моменты я осознаю, что любовь — это не громкие слова. Это вот так, когда ее маленькая ладонь в моей руке. Когда ее смех легче любого лекарства. Когда я нужен ей так же, как она нужна мне. И я буду рядом. Чего бы мне это ни стоило.