Книга Сводные. Ты не для меня, страница 55 – Нюта Царёва

Кай поднимается с колен, словно встает на ринг. И я понимаю — сейчас начнется.

Кайрат

— А у вас тут, я смотрю, тепло. По-домашнему, — говорит Рафаэль, каждой интонацией дергая меня за нервы. — Надеюсь, я не помешал?

Его бровь надменно приподнимается, а я инстинктивно стискиваю кулаки, готовясь к нападению. Показать этому выскочке, где его место, священная обязанность для меня.

Снежок неожиданно оказывается между нами, будто хочет предотвратить неминуемое. Вряд ли у нее получится. Воздух вокруг уже пропитался тестостероном и трещит от напряжения.

— Раф, не надо. Это не то, что ты думаешь.

— А что я должен думать? — он смотрит на нее, но его вопрос адресован мне.

Я молчу. Просто смотрю на соперника. Холодно. Жестко. В лоб. Снежок сама должна решить с кем она хочет быть. Здесь и сейчас, чтобы не возникало никаких недомолвок.

— Кай… — она поворачивается и смотрит на меня, как будто умоляет. — Поднимись к себе в комнату, ладно? Я… я скоро приду. И все тебе объясню.

Рафаэль довольно усмехается. Вот так, тонко, с намеком. Я бы втащил. Но не сейчас. Мне указали на место. Что ж… свой выбор принцесса сделала.

— Как скажешь, — хмыкаю и разворачиваюсь. — Ахмет, пойдем.

Беру брата за руку и иду к лестнице. Внутри все кипит и бурлит, но я не подаю виду. Каждый шаг будто скрипит под весом разочарования. В груди все сжимается. Она опять выбрала не меня. Или я просто идиот, который поверил в то, чего не существует?

Ахмет убегает за блокнотом и ручкой, а сворачиваю к себе. В комнате темно. Я не включаю свет. Сажусь на край кровати, упираюсь локтями в колени, зарываюсь ладонями в лицо.

Думал, что она другая. Думал, что вижу в ее глазах искренность, но, кажется ошибся. Такие как Снежок, не выбирают таких как я. Им по статусу подходит аристократичный Рафаэль, а не боец без правил…

Черт.

Мне нужно было помнить, кто я. Где мое место. Не в ее мире. Не рядом с таким, как Раф.

Я встаю, ищу у себя самого хоть каплю равнодушия и не нахожу. Только злость. Только снова это мерзкое, липкое чувство, будто меня предали, хотя никто ничего и не обещал.

— Придурок, — выдыхаю в пустоту. — Все-таки повелся на ее невинные глаза.

Пальцы сжимаются в кулаки. Хочется что-то разбить. Себя. Ее. Весь этот долбаный мир, где мне никогда не будет места. Но самое паршивое во всем этот то, что я бы все равно выбрал ее. Даже сейчас.

В комнату входит Ахмет, включает свет и усаживается за стол, чтобы что-то написать в блокноте.

А у меня в кармане вибрирует телефон. Рывком вытаскиваю и на автомате смотрю на экран. «Фей» Один из близких друзей.

Как вовремя. Хоть отвлечет от долбанных мыслей. Принимаю звонок.

— Братух, ты как? — говорит Тимофей вместо приветствия.

— Все зашибись, — бурчу недовольно. Я на адреналине, почти не чувствую боли. Только ослепляющую ярость.

— Тогда держись. У нас новости. Помнишь тех отморозков из клуба, которых мы недавно отмудохали?

Я молчу. Не надо уточнений. Помню. Лица. Удары. Запах крови.

— Им, короче, мало показалось. Хотят добавки, — стебется Фей. — Забили стрелу. Чтобы поговорить по-мужски.

Я усмехаюсь, холодно. И сразу вспоминаю — это все из-за меня. Парни влезли потому, что я начал. Потому что я был в этой гребанной игре. Это моя ответственность и мои проблемы.