Книга Сводные. Ты не для меня, страница 40 – Нюта Царёва

Я пожимаю плечами. Что она хочет услышать? Что я чувствую вину? Ненависть? Привязанность? Нет. Там ничего нет.

— Это же твой отец!

Снежок стоит передо мной, ее плечи напряжены, но я вижу, как она смотрит на отца. В ее взгляде — то, чего у меня нет. Глубина, боль, сомнение.

Я отворачиваюсь. Я здесь лишний.

— Это твой отец, — бросаю я, проходя мимо нее. И ухожу.

Забираю Ахмета с занятий и вместе мы едем в этот чертов замок. Хочется послать все нахрен, но у брата появились явные улучшения. Реабилитация помогает, а сам оплачивать ее я не смогу. Даже выигрывая все подряд соревнования и бои без правил.

Луиза. Мэри. Этот дом. Все зависит от меня. Если я скажу «нет», им придется умолять. Если скажу «да», они будут в долгу. Я наслаждаюсь этим моментом. Наслаждаюсь тем, что теперь могу сделать с ними все, что угодно.

Но где-то внутри что-то скребется. Еле ощутимое, мерзкое чувство. Я знаю, каково это — зависеть от кого-то. И теперь у меня есть возможность заставить их это прочувствовать. Использовать, поиграть, сломать, если захочу. Но от этой мысли внутри становится… не по себе.

Я возвращаюсь в дом и вижу Луизу. Она ждет меня в гостиной, сидя с идеально прямой спиной, как всегда. Ее взгляд цепляется за меня, как прицел винтовки. Я ухмыляюсь и отправляю Ахмета в комнату.

— Как прошло? — спрашивает она натянуто.

— Прекрасно, — отвечаю лениво. — Ты можешь расслабиться, я твой билет к спасению мужа.

Ее лицо остается каменным, но пальцы на подлокотнике кресла слегка напрягаются. Я вижу это, и внутри растекается удовольствие.

— Надеюсь, ты понимаешь, насколько это важно, — ее голос ровный, но в нем чувствуется напряжение. — Сейчас не время устраивать цирк. Пока решается судьба моего мужа, я не потерплю твои выходки. Кстати, мне надо уехать допоздна. Так что веди себя прилично. А если я узнаю, что ты устроил бардак, вылетишь отсюда как ссаный веник.

Я улыбаюсь шире. О, как же она боится, что я что-то сделаю. Как же ненавидит свою зависимость от меня.

— Конечно, — киваю я, поднимая руки в притворной покорности. — Буду тише воды, ниже травы.

Луиза вздыхает, но не успевает сказать ничего в ответ, потому что я уже разворачиваюсь к выходу. Мне надо отметить эту маленькую победу.

Пока ее нет, пока я в доме один, я устрою вечеринку, как положено. Соберу пацанов, включу музыку на максимум, сделаю все так, чтобы, если завтра я не переживу операцию, они знали — я получил свое.

Ухмыляюсь сам себе. Если они думают, что могут меня контролировать, то сильно ошибаются.

Достаю телефон, набираю номер.

— Че ты там, бродяга? — голос Вика оживает на другом конце.

— Сегодня у меня тусовка, — говорю спокойно, закуривая. — Новый дом, новая жизнь, можно сказать.

— Че, прям у тебя? — ржет Вик. — Ты рехнулся?

— А что, страшно? — я ухмыляюсь, выпуская дым.

— Да нифига. Где адрес?

— Скинул, — отвечаю, уже печатая сообщение в общем с пацанами чате.

— Сколько народу? — уточняет он.

— Всем, кому скажешь, могут приезжать. Двери открыты.

Вик одобрительно свистит:

— Вот это я понимаю подход. Ладно, жди. Будем всей толпой.

Я сбрасываю звонок, убираю телефон в карман и в последний раз оглядываю дом. Скоро здесь будет шумно.

Мэри

Сегодня я совершенно не в форме.

Музыка гремит из динамиков, гулкие удары ритма отдаются в груди, но я снова сбиваюсь. Ноги не слушаются, движения резкие, не такие, какими должны быть. В голове — каша. Ничего не получается.