Книга Сводные. Ты не для меня, страница 38 – Нюта Царёва

— Он всегда тебя защищает, да? — продолжаю я, ощущая теплую волну внутри. Ахмет медленно кивает снова.

Кай входит в ворота и подозрительно щурится, увидев нас. В тусклом свете фонарей я замечаю новые ссадины на его скуле, подсохшую кровь у губы. Брови сами собой хмурятся.

— Что с твоим лицом? — спрашиваю я, чуть наклоняя голову.

Он дергается, раздраженно отмахивается:

— Не твое дело, Снежок.

Я поджимаю губы, но не настаиваю. Хорошо. Если он не хочет говорить, я не буду спрашивать. Мне вообще плевать, где Кай шлялся и что делал. Думаю, сейчас начнется очередная язвительная реплика, но он неожиданно присаживается рядом. Его взгляд цепляет мой, но вместо слов он кивает, будто говоря: "Продолжай".

Ахмет смотрит на нас обоих, потом осторожно начинает двигать руками, пытаясь объяснить что-то знаками. Я ловлю смысл не сразу, но потом доходит.

— Он говорит... он скучает по вашей маме? — шепотом перевожу я, не веря своим словам.

Кай напрягается, его лицо каменеет, но потом он кивает. Его пальцы сжимаются в кулак, и я чувствую, как напряжение между нами нарастает. Молчание тянется слишком долго, и я ощущаю, как оно начинает давить.

— Ахмет... — наконец говорит Кай, его голос хриплый, будто заставляет себя говорить. — Ты не один, понял?

Мальчик медленно кивает, а я смотрю на Кая с другим чувством. Его плечи напряжены, но в глазах что-то мелькает — боль, которую он так старательно скрывает. Под всей этой грубостью, колкостями, нахальством скрывается человек, который готов пойти на все ради брата.

— Он тебя любит, — тихо добавляю я, глядя на Ахмета. — Ты для него — весь мир.

Кай бросает на меня быстрый взгляд, будто хочет что-то сказать, но передумывает. Он встает и ведет плечами, словно сбрасывает напряжение.

— Ладно, хватит на сегодня драмы, — бурчит он, глядя на Ахмета. — Давай, мелкий, пойдем в дом.

Ахмет улыбается, а я замечаю, что Кай тоже краем губ. Может, это только показалось, но мне становится теплее.

Голос мамы разрезает вечерний воздух, как раскаленное лезвие:

— Ты опять в таком виде? Боже, Кайрат, что на этот раз?!

Кай напрягается, его легкая ухмылка исчезает в ту же секунду. Я вздыхаю, предвкушая бурю. Мама стоит на крыльце, скрестив руки на груди, ее взгляд сверлит Кая с нескрываемым презрением.

— Разве я не предупреждала? — продолжает она, не повышая голоса, но в ее тоне чувствуется ярость. — Разве не говорила? Тебе на днях анализы сдавать. На кого ты похож?

— На того, кто умеет за себя постоять, — равнодушно бросает Кай, хрустнув шеей.

— Постоять? — мама почти смеется, но ее глаза сверкают злостью. — Ты выглядишь как уличный бандит!

— Тебе ведь это нравится, не так ли? — усмехается Кай и с вызовом смотрит ей в глаза.

Мама задыхается от возмущения. Я чувствую, как воздух между ними накаляется, и, честно говоря, мне даже становится немного неуютно.

— Ты думаешь, тебе здесь рады? Ты все равно уйдешь, рано или поздно, — шипит мама. — И я сделаю все, чтобы этот момент настал быстрее.

Я смотрю на Кая, но он не отвечает. Просто кивает, но в его глазах на секунду появляется что-то похожее на... разочарование? А потом он отворачивается и идет внутрь, будто ничего не произошло.