Книга Сводные. Ты не для меня, страница 3 – Нюта Царёва

— У меня нет отца, — отвечаю резко, а внутри начинает бурлить вулкан из негативных эмоций. — Он умер для меня семь лет назад. В тот день, когда ушел и бросил нас с матерью.

Луиза хмурится, но продолжает:

— Закир очень болен. Нужна пересадка костного мозга. Ты — его единственный кровный родственник. Больше никого нет.

Я не выдерживаю и смеюсь. Сначала тихо, а потом громко, надрывно. Луиза морщится сильнее, явно недовольна моей реакцией. Где-то в груди поднимается странное чувство — смесь злости, обиды и даже злорадства. Но я тут же давлю его.

— Ты серьезно? — спрашиваю, утирая слезы. — Тот человек, который добровольно разрушил мою жизнь, теперь нуждается в моей помощи? Ты пришла просить меня спасти его?

Луиза пытается сохранить спокойствие.

— Я знаю, что он виноват. Но он умирает, — в ее голосе явно читается напряжение. — И я готова заплатить. Большую сумму.

— Деньги? — повторяю я, презрительно усмехнувшись. — Думаешь, можно все купить? Нет, спасибо. Как-то я жил без ваших грязных денег, проживу и дальше. Скатертью дорога.

Я уже готов развернуться и уйти, но тут мой взгляд цепляется за фигуру у дорогой машины, припаркованной у входа. Белокурая девушка стоит с телефоном в руках. Ее кожа словно фарфоровая, волосы — длинные, гладкие, так блестят, что солнце отражается от них. Я задерживаю взгляд: светлые локоны и эта невинно-дерзкая поза выглядят так, будто она сбежала из какого-то идеального мира, не имеющего ничего общего с моим. Она не выглядит как те, кто обычно сюда заглядывает. Ее черное пальто подчеркивает осиную талию, а перчатки с жемчужными вставками словно кричат о ее привилегиях. Все в ней какое-то неправильное для этого места — слишком чистое, слишком дорогое, слишком недостижимое. Но чем-то она меня притягивает. И это неожиданно раздражает.

— Это кто? — спрашиваю, кивая в ее сторону.

Луиза мешкает, но все же отвечает:

— Твоя сводная сестра. Ее зовут Мэри.

Какая прелесть. Сводная сестра. Еще один удар, но уже не такой сильный. Значит нас с братом заменили на эту девчонку. Неприятно царапает где-то внутри, а я думал давно перегорел.

Изучаю девушку, пытаясь понять идентифицировать свои эмоции. Потом перевожу взгляд на Луизу:

— Пойдем провожу до машины.

Она что-то бурчит себе под нос, но следует за мной к выходу. Я останавливаюсь, когда мы почти подходим к машине. Луиза едва не сталкивается с Мэри, которая от неожиданности роняет телефон. Я не могу удержаться и злобно смеюсь:

— Ну, здравствуй, Снежок.

Она резко поднимает голову, ее голубые глаза сверкают от гнева.

— Меня зовут Мэри! — фыркает она, поднимая телефон.

Не успеваю сдержать ядовитую улыбку.

— Оставь это имя для своих холопов, мне нравится Снежок, — нарочно дразню ее, рассматривая внимательнее. — Может, позвать мамочку, чтобы заступилась?

Ее лицо заливает румянец, и я вижу, как пальцы сжимаются вокруг телефона. Отлично, задел. По внутренностям растекается удовлетворение.

— Ты всегда такой мерзкий? — тихо спрашивает Мэри, но в ее голосе звучит сталь.

— Для таких как ты, да, — настроение внезапно поднимается, а в голове зреет гениальный план, как проучить эту парочку зазноб. — Не переживай, Снежок, я не кусаюсь. Пока.

Она надменно закатывает глаза и садится в машину, демонстративно не замечая меня. Луиза лишь хмуро кивает, а я снова смеюсь, глядя на них обеих.