Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 70 – Рика Лав

И он был чертовски хорош в своей работе — безжалостный в суде, неумолимый в переговорах, знающий закон порой лучше, чем судьи.

— Барс, — коротко кивнул он мне, пожимая руку. — Обрисуй ситуацию.

Я вкратце изложил всё, что знал — о Марике, о родителях-наркоманах, о том, как Асю привезли в участок и бросили в камеру без нормального разбирательства. Михалыч слушал молча, лишь изредка кивая, записывая что-то в блокноте.

— Понятно, — сказал он, когда я закончил, захлопывая блокнот. — Где начальник участка?

Саликов, который пришёл сразу после адвоката и всё это время нервно топтался неподалёку, явно не зная, что делать, поспешил привести капитана — мужчину средних лет с тяжёлым, усталым взглядом и лицом, изборождённым морщинами.

— Капитан Грабов, — представился он, окидывая нас оценивающим взглядом, останавливаясь на мне чуть дольше. — Чем могу помочь?

Михалыч достал удостоверение адвоката и не спеша протянул ему.

— Я представляю интересы гражданки Павловой Ассоль Вячеславовны, — сказал он официальным тоном. — Требую немедленного её освобождения и прекращения незаконного задержания.

Грабов нахмурился, разглядывая удостоверение, потом вернул его.

— Незаконного? У нас есть официальное заявление от отца ребёнка о похищении несовершеннолетней. Мы действовали строго в рамках закона.

— В рамках закона? — Михалыч усмехнулся, и в этой усмешке было столько презрения, что Грабов поморщился. — Капитан, мы прекрасно понимаем, что вам проще сделать все по минимальному протоколу. Но эта девушка ее сестра, ситуация несколько меняется, вам так не кажется? Вы вообще проверили условия проживания этого ребёнка? Навели справки о родителях? Или слепо выполнили указание, не удосужившись выяснить обстоятельства дела?

— Мы…

— Я задам вам прямой вопрос, капитан, — перебил его адвокат, делая шаг вперёд. — Вы осмотрели жилище вместе органами опеки, где находился ребёнок все это время? Зафиксировали состояние родителей на момент подачи заявления? Проверили их на наличие судимостей, постановки на учёт в наркологическом диспансере? Эта семья же мелькала у вас, правильно? Пра-а-а-вильно. На карандаше стоят, но возиться не хотелось, что с алкашей взять, да? Пожтому и на проверки участковый сквозь пальца смотрел, а? А что, весь район такой, что теперь — ребенка отбирать. Да⁈

Грабов помолчал, я видел, как он сжимает челюсти, понимая, что попал. Потом нехотя признал:

— Нет. Не успели ещё осмотреть. Мы планировали провести проверку после…

— То есть вы задержали человека, не имея полной картины происходящего, — констатировал Михалыч холодно. — Прекрасно. Это уже повод для жалобы в прокуратуру и внутреннюю проверку. Но я готов закрыть на это глаза, если прямо сейчас, в течение следующих пяти минут, моя подзащитная будет освобождена.

— Но заявление от отца…

— Заявление будет рассмотрено вами должным образом, с полной проверкой всех обстоятельств, — отрезал адвокат. — А пока моя подзащитная имеет право на свободу. У вас нет оснований держать её здесь. Нет прямых улик, нет доказательств умысла на преступление, нет свидетельских показаний о насилии или угрозах к ее собственной сестре. Задержание незаконно и нарушает статью 22 Конституции.

Грабов сжал челюсти, явно взвешивая варианты, просчитывая последствия. Я подмечал, как в его глазах борются желание отстоять свою позицию и страх перед возможными разбирательствами.