Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 5 – Рика Лав

На адвоката же нужно было как минимум сто — сто пятьдесят тысяч на весь судебный процесс. У меня было отложено тридцать две.

Я натянула чистый серый свитер, вздрогнув от боли в ребрах, и направилась к двери.

К Алисе. К моей единственной настоящей подруге. К человеку, который жил в другом мире — мире, где были любовь, поддержка и счастливый конец.

* * *

Стояла у их двери уже минут десять, не решаясь постучать.

За этой красивой, массивной дверью из темного дерева двухэтажного загородного дома — другой мир. Мир Алисы и Дэна. Мир тепла, света и любви, который давил на меня всей своей несправедливой завершенностью.

Мне не следовало сюда идти.

Я — ходячее напоминание о том, что жизнь бывает грязной и жестокой.

Я — пятно на их идеальной картинке.

По совместительству — их подруга.

Но у меня не было выбора. Мысли о Марике, о том, как она замолкла после того удара, гнали меня сюда. Мне нужны были деньги — самой у меня не получится забрать Марику. Я уже пробовала…

Подняла руку и постучала. Слабо, почти неслышно, подсознательно надеясь, что они не откроют, и у меня будет причина уйти. Но нет, увы, дверь открылась почти сразу, будто Алиса стояла за ней и ждала меня, непутевую.

Она сияла. Вся такая ухоженная, в мягком домашнем платье цвета летнего неба, с легким румянцем на щеках и светом в глазах. Волосы мягкими прядями лежали на плечах.

Ее улыбка была такой беззаботной, такой счастливой, что мне стало физически больно смотреть на нее. И эта улыбка исчезла, стоило ей увидеть меня. Сползла с лица, словно ее смыли холодной водой.

Глаза Алисы расширились, в них промелькнул ужас.

— Ась? — голос ее, всегда такой мелодичный, стал резким. — Что с тобой⁈ Господи, что случилось⁈

Ее рука метнулась вперед, схватила меня за рукав и потащила за собой в дом, дверь захлопнулась сама. Пальцы подруги были теплыми, мягкими. В контрасте это ощущалось ужасно — у меня все промерзло и онемело.

«Как же я порчу их идеальное утро», — пронеслось в голове унизительной и жгучей мыслью.

Алиса втянула меня внутрь, в просторную прихожую, пахнущую кофе и свежей выпечкой, а следом повела на кухню, не выпуская мою руку.

Именно тогда я увидела его.

Кира. Кирилла Барсова или просто — Барса, как звал его Дэн по их совместной службе.

Он сидел за большим обеденным столом, такой огромный, широкоплечий, что стул под ним казался игрушечным. В белой водолазке, облегающей мускулистый торс. Короткие темные волосы чуть растрепаны.

Перед ним — кружка кофе и тарелка с круассанами.

Уверенный в себе. Большой и сильный. Довольный жизнью. Спокойный и сытый.

Все, из меня полезла желчь.

Рядом с ним сидел и сам Дэн, муж Алисы — собранный и безмятежный, в рубашке с закатанными рукавами. Читал что-то на планшете, попивая кофе.

Идиллия. Семейная сцена, в которую вломилась я — грязная, побитая, чужая.

Как собака с улицы, ей Богу.

И тут взгляд Кира скользнул по мне.

Я заметила отчетливо, как его глаза, секунду назад спокойные, сузились. Превратились в щелочки.

Он осматривал меня медленно и методично, как рассматривают бракованный товар на рынке. Ссадины на лице и руках. Синяк на щеке, который не смог скрыть тональный крем. Распухшее запястье, которое я прикрывала ладонью.

Мне захотелось провалиться сквозь землю. Почему-то именно перед ним я всегда себя чувствую самым большим ничтожеством на свете