Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 422 – Рика Лав

Иногда кажется, что чем больше проблем ты доставляешь, тем вернее от тебя отвернутся. Зачем возиться, если это неудобно?

Я рассуждала так, хотя сама никогда бы не поступила подобным образом. Но тем страшнее мне было потерять близких.

— Все очень плохо? — грустно пробормотала Алиса мне на ухо.

— Плохо, — призналась так же тихо. — Но все будет хорошо.

— Справитесь, — прошептала подруга. — У тебя Кир, Михалыч, мы с Дэном. Мы все поможем.

Кир тем временем отошел к Дэну, и они о чем-то переговаривались у окна. Дэн хмурился и неверяще качал головой.

— Ну ты… Барс, — услышала я. — Один этап за десять. Не соскучишься!

— Асенька, смотри! — подбежала Марика, отвлекая от подслушивания и протягивая мне рисунок. — Я тебе нарисовала! Вот ты, вот дядя Кир, вот я, и это наш дом!

Я взяла рисунок, разглядывая детские каракули, три фигурки, держащиеся за руки. Большая, средняя и маленькая. Над ними крыша дома. Все раскрашено кислотными цветами.

— Это очень-очень красиво, солнышко, — сцепив зубы, прижала рисунок к груди. — Мы повесим его дома на холодильник. Договорились?

Марика сияла от счастья. Надеюсь, я не разочарую её. Должны же они видеть, как мы привязаны друг к другу? Должны же⁈

Мы попрощались с Дэном и Алисой, пообещав созвониться вечером, и вышли во двор. Снег все еще валил крупными хлопьями.

— Дядя Кир! — Марика дернула его лацканы пальто. Барсов держал ее на руках, кажется, это их любимый способ передвижения. Спелись. — Можно мы в снежки поиграем? Ну пожалуйста-пожалуйста!

Кир посмотрел на меня вопросительно, я только руками развела. Почему нет?

— Десять минут, — разрешил он, опуская Марику. — А то Асенька твоя замерзнет.

Марика радостно взвизгнула, слепила снежок и швырнула прямо в Кира. Попала в грудь, рассмеялась и побежала прятаться за декоративное дерево.

Кир рассмеялся, слепил ответный снежок и побежал за ней, нарочно промахиваясь. Потом подхватил Марику на руки, подбросил высоко вверх, и она визжала от восторга, размахивая руками, приземляясь в его объятия, чтобы взлететь снова в небесную высь. Не боясь упасть в руках Кирилла Барсова.

Я в стороне наблюдала за ними. Вот он, мой… муж, играет с моей сестренкой как отец. Подбрасывает, ловит, кружит. А она смеется так искренне, как никогда не смеялась раньше.

Никогда не видела её такой счастливой, как с Киром. Даже с собой рядом, потому что я чаще всего была такой уставшей, что у меня едва хватало силы на простую улыбку.

Моя… семья?

Да… И никто их у меня не отнимет.

Дома мы споро раздевались в прихожей, стряхивая снег. Более снежной была, конечно, эта спевшаяся парочка. Но и меня они успели закидать будь здоров, пока Кир не уронил меня в сугроб окончательно.

А после вообще поднял на руки и подкинул, повинуясь просьбе Марики, заставив меня голосить и визжать.

Марика болтала без умолку о том, как здорово было у Вики.

— И знаешь, Асенька, — рассказывала она, стаскивая сапожки, — Вика сказала, что в ее садике есть большая-пребольшая горка! И качели! И песочница, правда зимой там снег, но это ничего!

Я только улыбалась, помогая ей снять курточку. Она была переполнена впечатлениями этих суток со своей первой настоящей подружкой.

Кир, поцеловав нас в макушки, ушел на кухню, а я повела Марику в ванную помыть руки. Пока она плескалась в воде, я стояла рядом, думая о том, что нужно бы и правда записать ее в кружки и купить развивающие книжки, если…