Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 331 – Рика Лав

Я перебил её, продолжая держать Руслана в болевом. Потому что еще одно слово и придется звонить Михалычу, будет труп. Голос прозвучал спокойно и отстраненно, почти безразлично:

— Иди в зал к Марике. Я скоро приду.

Ася отступила на шаг назад. Даже скорее отпрянула, словно от удара. Выглядела такой испуганной и потерянной. Смотрела на меня этими будоражащими карими глазами, полными мольбы и отчаяния одновременно, непослушными губами пытаясь что-то сказать и не находя слов.

Господи, она думает, что я ей не верю? Что обвиняю её.

В грудине болезненно засвербело, захотелось бросить всё к чертям, притянуть Асю к себе и успокоить, поцеловать, стереть эти слёзы, прошептать, что всё в порядке. Но сначала мне нужно было разобраться с тварью в моих руках, а уже после я её утешу, объясню и покажу, что доверяю ей безоговорочно и беззаветно.

— Иди, Ася, — повторил тверже. Пауза. Добавил уже мягче, встречаясь с ней взглядом: — Пожалуйста. Всё хорошо, слышишь меня? Марика не должна это видеть.

Она замерла ещё на пару бесконечных секунд, в которых я видел борьбу в её взгляде. Желание остаться, желание убедиться, что я ей верю, и… понимание, что сестра важнее. Потом неуверенно кивнула и развернулась, на ходу вытирая слёзы, почти бегом скрываясь в глубине дома по направлению к гостиной, где играла Марика.

Я подождал, пока не услышал, как захлопнулась дверь в зал, отсекая любопытные детские уши от того, что сейчас произойдёт.

Рывком развернул Руслана лицом к выходу, практически волоча, открыл входную дверь свободной рукой, не выпуская его из захвата. Перешагнул через рассыпанные букеты и пакеты с покупками. Лекарства, сладости для Аси, всё, что должно было стать сюрпризом, теперь валялось в беспорядке на полу.

И с силой пнул Руслана в спину, выбрасывая с порога крыльца вниз по обледенелым ступенькам.

Он с протяжным воплем полетел кувырком, врезаясь сначала плечом в перила, потом грудью в ступени, кувыркаясь дальше и в итоге приземляясь лицом в сугроб у самого края дорожки. Попытался подняться на четвереньки, но тут же рухнул обратно, держась одной рукой за пах, второй — за рёбра, хрипло кашляя.

Я не торопясь, спустился по ступеням крыльца, смакуя каждую секунду, давая ему почувствовать приближение неотвратимого. Снег скрипел под подошвами моих ботинок, воздух обжигал лёгкие, пар вырывался изо рта при каждом выдохе.

Всё моё внимание было сосредоточено на корчащейся фигуре помощника.

Бывшего помощника.

Подошёл вплотную и встал над ним, скрестив руки на груди, глядя сверху вниз на жалкое и ничтожное зрелище.

— А теперь, сука, — почти вкрадчиво произнес, обманчиво спокойным тоном, — поговорим по душам.

Двадцать минут назад.

Ася

Марика стояла на цыпочках, пытаясь дотянуться до ветки ёлки с красным шариком, зажатым в кулачке. Но каждый раз она промахивалась на несколько сантиметров, теряя равновесие. Высунув кончик языка от усердия, сосредоточенно сопя носом, она подпрыгнула, едва не опрокинув всю конструкцию набок.

— Осторожнее, солнышко, — я подхватила её под мышки раньше, чем она успела врезаться и свалить ёлку. — Давай я помогу, а то ты сейчас вместе с ёлочкой на пол рухнешь.

Подняла Марику на руки, отчего она радостно взвизгнула, дотягиваясь до нужной ветки пальчиками и аккуратно цепляя на неё шарик за петельку.