Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 267 – Рика Лав

— Ты сводишь меня с ума, — шептал Барс, отрываясь от моих губ на секунду, чтобы перевести дыхание, прежде чем снова впиться в них. — Просто стоишь передо мной вся такая растрепанная и сонная в этой тонкой футболочке, под которой явно ничего нет, так отчетливо я вижу эти чёртовы соски. Один твой взгляд, и я уже думаю только о том, как затащить тебя в постель и не выпускать оттуда до самой вечности.

— Тогда почему не сделаешь этого? — совсем неразумно прошептала я между поцелуями. Голова начинала кружиться от нехватки кислорода.

— Потому что твоя сестра ждёт поездку, — он поцеловал уголок моего рта, щёку, спускаясь к шее, заставляя меня со стоном прогнуться и запрокинуть голову. Кир толкнулся в меня пахом, сразу же заглушая стон поцелуем. Оторвался и прижался лбом ко лбу. — Потому что я пообещал ей устроить лучший Новый год в её жизни. Потому что ты важнее для меня, чем моё желание трахнуть тебя прямо сейчас.

Эти слова, произнесённые таким простым тоном, тронули меня сильнее любых признаний.

Он поцеловал меня ещё раз, а ладони сжимали мои ягодицы, прижимая меня к себе так, чтобы чувствовала его твёрдый член, упирающийся в меня.

— Не могу до сих пор поверить, как одна рыжеволосая колючка может делать всё это со мной, — прошептал Кир, отрываясь от губ и глядя мне в глаза. — Один твой смущённый взгляд заставляет меня возбуждаться, как юнца на первом свидании.

— Кир… Перестань так много болтать, — простонала я недовольно и качнула бедрами навстречу. Он усмехнулся и снова накрыл мои губы своими, заглушая все звуки поцелуем.

Мы целовались так жадно и отчаянно, пока не услышали приближающийся топот маленьких ножек из соседней комнаты. Кир резко оторвался от меня, тяжело дыша, и осторожно опустил меня на пол, придерживая, пока мои ноги не обрели устойчивость.

— Чёрт возьми, с тобой так легко потерять голову, — выдохнул он, проводя рукой по лицу. — Твоя сестра возвращается.

Я кивнула и привалилась спиной к стене, пытаясь отдышаться и привести себя в хоть какое-то подобие порядка, пока Марика не увидела нас. Кир посмотрел на меня последний раз и прошептал:

— Ночью, Ася. Сегодня ночью ты от меня никуда не денешься, маленькая. Никуда не убежишь.

И повернулся к входу из столовой, встречая вбегающую Марику с огромной охапкой разукрашенных картинок в руках и коробкой цветных карандашей, зажатой под мышкой, как будто между нами только что вообще ничего не происходило.

Он прав.

Ночью я от него не убегу.

Потому что не хочу больше убегать.

Я поднялась наверх в нашу с Марикой комнату и остановилась на пороге, с подозрением глядя на огромный встроенный шкаф, дверцы которого были приоткрыты. Подошла ближе и распахнула их полностью.

Боже. Мой.

Внутри висело столько детской одежды, что хватило бы на целый детский садик. Платья всех цветов радуги, кофточки с рисунками принцесс, животных и единорогов, тёплые свитера, комбинезоны, джинсы, леггинсы, юбки, пижамы… На нижних полках аккуратными стопками лежало бельё, носочки, колготки.

Когда они вообще успели⁈ Посмотрела на часы — одиннадцать утра. С ума сойти… Даже думать не хочу, сколько на это потрачено!

Я начала перебирать вещи, выбирая что-то тёплое для выхода на улицу, и остановилась на мягком розовом свитере с вышитым снеговиком, тёплых синих джинсах на флисе и розовых колготках. Разложила всё это на кровати и пошла за Марикой, которая всё ещё сидела внизу с Киром, отказываясь покидать его, и показывала ему свои художества.