Книга Бомба для альфача, страница 96 – Аня Истомина

— Да вроде нормальное было до твоего появления, — подмигивает Ой.

— Исправим, — фыркаю.

Ржём.

— О, Костян, привет! — в дверь заходит Брюс и первым делом тянет мне руку. — Ты в гости или насовсем?

— Надеюсь, что насовсем, — пожимаю плечами. — Если товарищ полковник сжалится.

— Влад и Скромник ждут внизу, — обращается он к ребятам. — Так что можем идти.

— Я с вами, — поднимаюсь с дивана и беру костыль. — Постою в сторонке, посмотрю хоть.

— Как в садике, да, Костян? — усмехается Пророк. — Сначала на часик, потом на два часика.

Когда мы выходим на улицу, успеваю лишь обменяться со всеми короткими приветствиями — выходит Щукин. Все выстраиваются в ровную шеренгу, а я со вздохом отхожу с плаца на тропинку в нескольких метрах и смотрю на приближение полковника.

Он дарит мне тяжёлый взгляд, но ничего не говорит. Встаёт перед строем и начинает проводить развод. Раздав указания, наконец вздыхает и поворачивается ко мне.

— А ты чего припёрся? — хмуро усмехается.

— Соскучился, товарищ полковник, — пытаюсь сдержать улыбку, но уголок губ непроизвольно ползёт в сторону. — На службу хочу.

— И нафига ты мне такой нужен? — кивает полкан на мою ногу. — Толку от тебя сейчас как от козла молока. А у меня ещё глаз не перестал дёргаться после вашей драки с Солнцевым. Так что приходи после заключения ВВК.

Плотно сжимаю губы, чтобы не матюкнуться.

— Товарищ полковник, разрешите обратиться? — раздаётся голос Скромника. — Капитан Емельянов меня не бил.

— Да бля… — всё же вздыхаю, не удержавшись.

— Это был “дружеский спарринг”? — язвит, забывая обо мне, Щукин и направляется к Никите.

Вот всё припомнит!

— Никак нет, товарищ полковник, — упрямо смотрит тот, когда Анатолий Михайлович останавливается перед ним. — Я подрался в клубе, был пьяный, их было много. Капитан просто прикрыл меня.

Замечаю, как Ветров обречённо вздыхает, возводя глаза к небу. Смотрю на него и понимаю: быть ответственным за группу бойцов не так-то уж и весело, на самом деле.

— То есть я правильно понимаю, что из-за тебя один из лучших бойцов нашей части чуть не лишился звания? — щурится полкан.

— Так точно, — вздыхает Никита, виновато опуская голову.

У меня отвисает челюсть — услышать из уст Щукина о том, что я один из лучших бойцов, крайне неожиданно.

— Ну что ж, — он задумчиво смотрит на Никиту и потирает подбородок. — Из-за тебя мы лишились одного крапового, и неизвестно, вернётся ли он в строй. Я бы тебя выгнал на хрен, да внимание привлекать не хочется. Судя по тому, что ты признался, есть шанс, что какой-то опыт из этого вынес. Поэтому увольнять я тебя не буду, но придётся тебе делом доказать, что ты достоин быть в элитном отряде.

— Я готов, — поднимает Скромник на него взгляд.

— Вот дебил, — сердито шепчу.

И ради чего я это всё пережил тогда?

— Поедешь в командировку, — повышает голос Щукин, — на обучение. Если тебе нравится с толпой махаться, то без крапового берета можешь не возвращаться. Сдашь — получишь очередное звание и подтвердишь свою принадлежность к элите. Если нет — всю жизнь будешь сидеть на КПП. Понятно?

— Так точно, — коротко кивает Никита, а я усмехаюсь.

Умеет же полкан мотивировать.

— Всем вольно, — командует Анатолий Михайлович и подходит к мне. Вздохнув, качает головой и хмурится. — И что мне делать с тобой, герой? Из-за дурака подставился.