Книга Бомба для альфача, страница 81 – Аня Истомина

— А до этого не рычал никогда? — усмехаюсь, отстраняя Варю и серьёзно глядя ей в глаза.

— Так — нет, — шмыгает она носом, и я неожиданно осознаю, что Анатолий Михайлович никогда не простит Варе её выбор.

Я не хочу, чтобы она металась между мной и отцом. Сначала мне, конечно, было прикольно дергать тигра за усы и ходить по краю, но сейчас, когда чувства крепнут с каждой минутой, я понимаю, что это будет причинять Варе боль. А офицер не должен причинять боль любимой женщине. Он должен её беречь. Иногда даже от самого себя.

Если Варя будет знать правду, она будет меня защищать, разрываясь между мной и отцом.

— Я накосячил, — вздохнув, виновато улыбаюсь и отпускаю её из объятий. — Мы подрались с Никитой. Он с сотрясением в санчасти лежит.

— В смысле, “подрались”? Ты же со мной был, — хмурится Варя. — Когда вы успели?

— Вчера, — пожимаю плечами. — До нашего свидания.

Варя молча смотрит на меня, переваривая.

— Но ты же не виноват? — уточняет не очень уверенно.

— Нет, конечно, — усмехаюсь. — Если бы Никита поменьше трепал своим длинным языком, ничего бы не произошло.

— Это ты его… за ту дурацкую шутку избил? — ахает Варя, глядя на меня с ужасом.

— Ничего себе “шутка”, — хмурюсь. — Мы же чуть не расстались из-за этого.

— Костя! — шипит она, сжимая кулаки. — Так нельзя!

— Да ладно тебе. До свадьбы заживёт.

— Кость!

— Берцовая, — закатываю глаза.

— Ты что как маленький? Не понимаешь, что отец за такие проступки тебя реально отправит куда-нибудь? — сверлит Варя меня свирепым взглядом.

— Сейчас не отправит, — отмахиваюсь. — Я в командировку еду, Варь.

— За… майорскими погонами? — замирает она.

— За погонами, — усмехаюсь и тут же получаю пощёчину.

Варя быстро обходит меня и, открыв замок, пулей вылетает из кабинета.

Вздохнув, сажусь на стул и, уперевшись локтями в колени, роняю на кулаки голову.

Прости, Варюш. Надеюсь, это тоже до свадьбы заживёт.

— Привет, мамуль, как дела? — отвечаю на вызов, затягивая лямки разгрузки. Проверяю, как сидят подсумки с магазинами — ничего не должно греметь.

— Привет, сынок. Да что я? Сплю, ем и хожу гулять. Как твои дела?

— Да нормально всё, — усмехаюсь, поправляя гарнитуру рации. — Тоже сплю, ем и гуляю. Пейзажами любуюсь. Ты там жениха себе не нашла?

Маму я отправил в санаторий за день до своего отъезда. Успел. Хоть какое-то спокойствие, что она не одна в пустой квартире, пока я тут по «курортам» мотаюсь.

— Ой, Костя, — хохочет мама. — Тут одни деды да бабки. Какой жених?

— Ну мало ли, — хмыкаю.

— Скоро домой-то? — вздыхает она.

— Как отпустят, — пыхчу, натягивая подшлемник. — Пока работаем.

Прошло уже больше двух недель, но нас задерживают. Требуется усиление — по оперативным данным, в «зеленке» и горах шваль какая-то активизировалась. Но про это маме я, конечно же, не говорю.

— Как там у вас погода? — смотрю в окно, за которым в сумерках белеют горные пики.

— Тёплая. В осенней куртке хожу. С Варюшей созваниваетесь? — слышу по её голосу, что она улыбается.

А мне вот совершенно не радостно.

— Созваниваемся, — вру бодро. — Нормально всё.

С Варей мы так и не помирились. Она ушла, хлопнув дверью, а я... Попыток помириться не делал. Я не знаю, каким образом мне нужно извернуться, чтобы полкан не считал меня неудачной партией для своей дочери. Как это сделать? Нет у меня ответа на этот вопрос.