Онлайн книга «Одержимые»
|
Весь замок теперь казался ему обиталищем нечистой силы, и из тьмы глядел на него страх. Прошло минут сорок, прежде чем Сколинский сумел слегка успокоиться. Он чудовищно устал. Склонив голову на руки, полулежа на холодных камнях, профессор размышлял о том, как бы немедленно сбежать из замка, когда вдруг услыхал тихие шаги в соседней галерее. Сколинский выглянул за дверь. В конце галереи, там, где находилась маленькая винтовая лестница, ведущая в один из залов, он увидел сгорбленную фигуру Холявицкого. Секретарь был в брюках и рубашке, но босиком. Он несколько раз прошелся туда-сюда, а затем остановился, опершись локтем о стену. Казалось, он прислушивается. Ага! Теперь профессор понял, зачем Холявицкий оставил его в замке и поселил на ночь именно в этой комнате. Сколинскому стало смешно. Воспользовавшись моментом, когда секретарь исчез в глубине коридора, он поспешил удалиться в противоположном направлении. Ориентироваться в лабиринте извилистых переходов было безумно сложно. Профессор мечтал найти какое-нибудь безопасное убежище и какую-нибудь мебель, чтобы скоротать время до утра и немного отдохнуть. Только с рассветом можно будет выбраться из замка, никого не разбудив и не вызвав переполоха. Он углубился в узкий, очень темный коридор. Миновал какую-то нишу – и вдруг отчетливо осознал, что кто-то следует за ним по пятам. Профессор замер. Нет, это не мог быть Холявицкий. Тогда кто же? Сколинский ждал, затаив дыхание… Тот, другой, тоже ждал. Профессор двинулся вперед – и тот тоже двинулся. Он ускорил шаг – и преследователь поступил так же. Сколинский слышал его дыхание. Когда профессор резко свернул в боковой зал, неизвестный тоже свернул туда. Но во всем этом было нечто нелепое, безумное или… пьяное. Движения неведомой фигуры казались неуверенными, нескоординированными, порывистыми и вместе с тем шаткими, словно у маленького ребенка. Так человек ли это? Профессор снова почувствовал отвращение и ужас, сдавившие ему горло, – и тут фигура вдруг настигла его и липкой ладошкой схватила за руку. В этот самый миг преследователя сотряс приступ старческого сухого кашля. Кашель Сколинскому был знаком. Он уже слышал его в поезде. Это же князь, догадался профессор. Тем временем старик, судорожно сжимавший его руку и отчаянно пытавшийся справиться с приступом кашля, уткнулся головой в пиджак Сколинского. В конце концов князь смог заговорить. — Кто ты?! – допытывался он, вцепившись в профессора. – Кто ты такой?! Гольшанский дрожал. В слабом свете, падавшем из окна, профессор разглядел его лицо и понял, что перед ним законченный безумец. Он тревожно, напряженно всматривался в Сколинского и угрожающе грозил ему пальцем. — Князь, не бойтесь, – мягко сказал профессор. – Успокойтесь, прошу вас! — Кто тебя прислал? — Никто меня не присылал. — Не лги. Признайся, тебя прислали… Ну же, подай знак, подай мне знак! Это он тебя прислал. Подай знак! — Какой знак? — Я все сделаю! Все исполню, – шептал он горячо, – только подай знак, чтобы я знал, что это от него! Я ждал столько лет! — Не знаю я никакого знака! — Неправда! Я видел прошлой ночью! Он явился мне. Я уверен, что он сжалился надо мной. Подай знак и скажи, что он простил меня, что это конец, что он освобождает меня, что не станет больше мучить… |