Книга Юленька и дракон. Дело вдовы Завадской, страница 67 – Адель Хайд

Тётушка охнула и за сердце схватилась, но доктор укоризненно поджал губы и сказал:

— Вам, дорогая моя, не за сердце надо хвататься, оно у вас как раз здоровое, а вот насчёт печени я бы задумался, и на вашем месте поберегся.

Теперь уже тётушка губы поджала, только вот недовольно, а не укоризненно.

Но промолчала. Молчала и Агриппина, но доктор, как оказалось не закончил.

— Но вам повезло, потому что у вас именно в тот самый момент магия появилась. Я, конечно, такое сам впервые встречаю в своей практике, но подобные случаи описаны были.

Я вздохнула внутренне, потому что мне-то было известно, почему Юленька выжила, а вот насчёт магии — это было, конечно, интересно.

И доктор поднял пухлый палец, как бы предупреждая, что это ещё не всё, да и выражение его лица было таким… нерадостным:

— Магия-то у вас появилась голубушка, да вот только организм-то у вас готов к этому не был.

И у всех, в том числе и у Агриппины на лицах возникло выражение удивления и ожидания, и доктор продолжил, свою лекцию, нет, чтобы сразу сказать, буду я жить или нет, но не в моих правилах было человека перебивать, ведь никогда не знаешь, что полезного ты можешь услышать:

— У тех, у кого с детства магические способности проявляются, помимо кровеносной системы развивается магический контур, которые мы называем магическими каналами, и вот по ним магия и циркулирует. А у вас, голубушка, такого нет.

— И что теперь? — всё же не выдержала я и спросила.

Доктор недовольно сморщился, явно давая понять, что он бы дошёл до сути, но выдохнув, сказал:

— А то, что вам надо дождаться пока каналы эти разовьются, и есть ограничения.

— Какие?

Доктор укоризненно покачал головой, намекая на то, что я торопыга.

— Вам нельзя применять магию, и общаться с теми, в ком магия и есть суть жизни.

Я вопросительно взглянула на доктора.

— С драконами вам нельзя ни в коем случае близко общаться.

Теперь уже ахнула Агриппина: «Так что же, и мне теперь к тебе не приходить?»

Ответил доктор:

— Ну с драконицами ещё по чуть-чуть можно, в них силы оборота нет, а вот с мужчинами ни в коем случае.

— А как долго? — спросила я, чем вызвала недоумение на лице Агриппины, да и тётушка с подозрением прищурилась, в отличии от Агриппины, понимая почему я спрашиваю.

— Не меньше трёх месяцев, а то и полгода, — ответил доктор.

А я откинулась на подушку и подумала: «Нет у меня этих трёх месяцев, через месяц та роковая дата, которую я видела у князя Северского.»

Доктор ушёл, его пошла провожать Агриппина, тётушка осталась со мной.

— Ох, Юленька, знала я, что енти драконы до добра не доведут.

Чтобы немного сменить вектор тётушкиных причитаний, я спросила:

— Тётушка, а откуда же у меня магия? Нешто в нашем роду у кого-то магия была?

Тётка замолчала, видно перебирая бусины памяти, я даже с трудом могла представить себе какой объём памяти у тётки в голове хранится, с учётом того, что она всё про всех знала, самые незначительные детали помнила, да ещё оказывается вот и историю рода пытается припомнить,

Тётка задумалась.

— Врать не буду, Юленька, — после минутного размышления сказала она, — так чтобы признавался кто магией-то обладал, а то может, и не было. А только дед твой… Знаешь, вот всё у него получалось. Вот никто не может договориться с купцом, а он пойдёт и договорится. Никто не может утихомирить буяна, а он пойдёт, и тот утихнет и смирным станет.