Книга Право на счастье, страница 100 – Теона Рэй

— Я тебя благословлю сейчас! – визжала Катарина, выпутавшись из одеяла, в которое ее укутал Гаскон. Плоское оружие в ее руках отпугнуло только меня, а мальчишка героически выдержал очередной удар, из-за которого на его лбу враз налился синяк.

Кажется, и сама Катарина уже поняла, каких дел натворила. Потому что взирала на паренька с диким ужасом, потом умоляюще – на меня, и заныла:

— Помоги ты! Видишь же, что происходит!

Вижу. Вижу, что ты, кикимора, человека воли лишила. Все это я подумала, но не сказала вслух. Катарина отчаянно посмотрела на Роберта, наверное, представляя на месте Гаскона его, и вдруг резко развернулась и бросилась в деревню.

— Катарина! – взвыл Гаскон. Он бы бросился следом за чокнутой, но я крепко удерживала его от самоубийства.

— Выпей, успокойся. – Я ласково гладила паренька по голове и протягивала ему заветную чашку. – Пей!

— Да не хочу я!

— Роберт!

На мой призыв мужчина откликнулся тут же. За долю секунды подбежал, я взглядом попросила его держать Гаскона и насильно раскрыла мальчишке рот. Медлить было нельзя. Не знаю, что за зелье наварила старуха Герда, но действовало оно как-то слишком уж сильно на молодой неокрепший ум.

Отворотное зелье подействовало мгновенно. Едва затекло в рот паренька, а тот проглотил его, как тут же моргнул, тряхнул головой и вскинул на меня ошарашенный взгляд.

— Пресвятой Создатель! Вот это я… Простите, я еще по дороге выпил немного… Больше никогда пить не буду! – бормоча что-то и дальше себе под нос, сконфуженный Гаскон вернулся к костру.

Я дрожала от волнения. Рука с чашкой безвольно повисла, на спине выступил пот.

— Не знаю, хочу ли я спрашивать… – начал Роберт.

— Он перепил, – отмахнулась я. – Слышал же. В общем, местное пойло я не рекомендую.

— А вино?

— Вино Назара? Его можно, – кивнула я и тихо добавила: – Мне, пожалуй, тоже не помешает бокальчик.

Роберту дважды повторять не нужно было. Он тут же наполнил глиняные кружки, одну протянул мне и, когда закончилось пение друзей, крикнул: – За именинников!

— Ура! – раздался в ответ хор голосов.

Гаскон, краснея от стыда, спасал начинавшее подгорать мясо. Брызгал на огонь водой, вертел решетки, разгонял пламя тонкой дощечкой.

Я опустошила кружку, не почувствовав вкуса. На глазах у всех я поила ребенка ведьмовским зельем! И, слава Создателю, Гаскон сам подал идею насчет излишков алкоголя, я в жизни не догадалась бы так оправдать его поведение. Надеялась только, что никого не смутит, что парню-то всего тринадцать. Не уследили, бывает, а после такого поведения он на всю жизнь забудет про спиртное. О привороте я ему говорить не стану, пусть мучается.

Роберт смотрел на меня из-под полуопущенных ресниц. Я прятала лицо за уже пустой кружкой, делая вид, что с увлечением смакую невероятно вкусный напиток. Нет, вино Назар действительно делал неплохое, вот только какое-то слабое. По крайней мере в голове не зашумело, язык не стал заплетаться, да и вообще я не ощутила никакого воздействия алкоголя на свой организм.

— Ну хоть взбодрились, – сказал Роберт. – А то сидели все со скучающими выражениями лиц.

— Да уж, в ближайшие месяцы эта история будет передаваться из уст в уста и обрастать новыми фактами.

Лелька после ухода Катарины зло зыркала на своего «жениха», но продолжала улыбаться Пипите, слушая подругу вполуха. Гаскон старался не смотреть на нее, стоял вполоборота, хоть так и не удобно было следить за мясом.