Книга Искра Дракона, страница 17 – Яна Морн

А он — заложницу. Теперь ее «верность» служит ему щитом против меня. Я вдруг с абсолютной ясностью поняла источник его ледяной сдержанности, его свирепой собственничности. Он уже потерял слишком много. — Мне жаль, — прошептала я, и это было куда больше, чем просто вежливость. Мы вышли на небольшую смотровую площадку. Внизу расстилалась долина, утопавшая в серебристо-лиловой мгле. — Твоя бабушка… — он сменил тему, голос стал мягче. — Ты говорила, она умерла? — Пять лет назад. Ее звали Мария. — Мариэлла, — поправил он тихо, и в его произношении имя зазвучало как что-то знакомое и дорогое. Я почувствовала, как что-то холодное пробежало по спине. — Откуда ты… знаешь? — Я знал ее, Лилия. Воздух перестал поступать в легкие. Мир сузился до его лица, озаренного странным внутренним светом. — Она была легендой. Величайшим целителем. Исцелила моего отца от раны, которую не брало ни одно зелье. Он видел, как дрожат мои руки, и его голос стал еще тише, почти шепотом, будто боясь раздавить меня этой правдой. — А потом она исчезла. Со своей маленькой внучкой. Во рту пересохло. Я попыталась что-то сказать, но смогла лишь беззвучно пошевелить губами. — Темные охотились за ее даром, — он делал паузы, давая мне осознать каждый кусочек правды. — Они верили, что ее сила — ключ к пробуждению их богини. В глазах потемнело. Я шагнула назад, ища опору, но внутри меня была только пустота. — Они почти нашли ее. Но она ушла. Скрылась в ином мире. В голове звенело. Обрывки воспоминаний: бабушкины страхи, ее вечные предостережения, печаль в глазах… — И теперь… — его взгляд уперся в меня, пронзительный и неотвратимый, — теперь они нашли тебя. Ее внучку. В которой дар проснулся с новой силой. Почва уходила из-под ног. Это была не случайность. Не ошибка. Это была судьба, настигшая меня по пятам. — Вот почему… — выдохнула я, и голос прозвучал хрипло и беспомощно. — Вот почему портал открылся именно для меня. — Да, — его ответ был безжалостным и четким. — Ты не случайность, Лилия. Ты — наследница. И главная цель в войне, что длится веками. Тишина повисла густая и тяжелая. Он видел, как я разваливаюсь на части, и его рука поднялась — медленно, давая мне время отпрянуть. Большой палец, грубый от мозолей, с невероятной нежностью смахнул слезу, о которой я сама не подозревала. — Мне жаль, — прошептал он. — Что твое наследие принесло тебя сюда. Что лишило выбора. — У меня никогда и не было выбора, правда? — голос сорвался. — Ни там, ни здесь. — Выбор есть всегда, — его пальцы все еще касались моей щеки, и это странным образом успокаивало. — Просто иногда он заключается не в том, чтобы избежать судьбы, а в том, как ее принять. В глубине души что-то дрогнуло, надломилось и потянулось к нему — к его силе, к его честности, к его собственной боли. Это было страшно. И необратимо. Он медленно опустил руку и взял мою. Его пальцы сомкнулись вокруг моих — крепко, но не сковывая. Это было не владение. Это была опора. — Пойдем, — сказал он тихо. — Я провожу тебя

Я осталась одна в своих покоях. Гнетущая тишина за стеной, давила на уши, словно вакуум. Груз откровений тянул ко дну, как камень на шее. Перед глазами все стоял образ не бабушки, а Величайшей Целительницы Мариэллы Алмазной. Вся моя жизнь оказалась красивой ложью.