Книга (Не) достойная дракона. Академия Лоренхейта, страница 181 – Алена Шашкова

— Назовите себя! — приказывает командир.

Впервые, неожиданно для меня, отвечает не Ферст, а Джонс:

— Мы, — он обводит руками себя и коллег, — профессора академии Лоренхейта. Прибыли сюда, поскольку без ее на то согласия была выкрадена наша студентка.

— Вы находитесь не просто на территории чужого государства, — гремит голос рыцаря, — а на территории королевского дворца. И вы утверждаете…

— Да, мы именно это и утверждаем, — не дает ему договорить Джонс. — И будем рады, если вы тоже представитесь.

Глаза воина сужаются, а пальцы сильнее сжимаются на рукояти меча.

— Генерал Торрен, — чеканит он. — Верный слуга королевского рода.

— Генерал Торрен, — слабым голосом произносит мама и выходит вперед. — Ты… выжил?

Его глаза расширяются. Меч с грохотом падает из его рук на пол. Он делает шаг вперед и преклоняет колено, опуская голову. За его спиной весь отряд, как один, тоже опускается на колени.

— Королева Лантерра… — выдыхает он. — Я ждал. Пятнадцать лет мы ждали знака. Холливан обещал…

— Холливан? — с усмешкой произношу я, становясь рядом с мамой. И откуда взялась эта смелость? — Тот самый, что решил стать новым лже-легитимным узурпатором, прикрываясь наследной принцессой и используя вас?

Рыцарь удивленно смотрит на меня, на грязные, растрепанные, но все же примечательные по цвету волосы, а потом его взгляд соскальзывает на мое запястье, где он замечает рисунок.

Джонс снова вступает в разговор:

— Генерал, — его голос звучит властно и официально. — Ее Высочество принцесса Ярианна находится под личной протекцией короля нашей страны. Любые действия в отношении нее должны быть согласованы с нами. В свою очередь я лично готов гарантировать поддержку нашего короля и армии при необходимости, чтобы удержать исконный режим и помочь восстановить страну.

— Смелое обещание, — произносит Торрен, в его глазах фанатичная преданность, смешанная с недоверием к чужакам. — Смею надеяться, что ваши слова имеют вес и реальную поддержку делами, профессор. А Айкидония помнит добро. Но сейчас знак того, что в храме произошла передача власти истинному роду, видели все в округе. У дворца начинает собираться народ. Принцесса должна явиться своим подданным.

По моему телу пробегают мурашки. Хочу ли я? Пожалуй, нет. Я бы с большим удовольствием отправилась обратно, в Лоренхейт, провела бы вечер с мамой, с Лиссой, а ночь — с Адреасом.

Я понятия не имею, что меня ждет после того, как я выйду на балкон, но это определенно разделит мою жизнь на до и после. Я смотрю на Адреаса, он ободряюще кивает, но не двигается с места: этот выбор должна сделать я сама.

— Что ж… тогда ведите, — отвечаю я, и рыцарь тут же встает на ноги и делает приглашающий жест.

— Я провожу вас, — говорит генерал. — А мои люди позаботятся о преступниках.

Мы идем к лестнице, ведущей на верхние ярусы. По бокам от меня — Торрен и волк с Ири на его загривке, Адреас следует практически по пятам, поддерживая мою маму, всего в паре шагов позади. Далее поднимаются Лисса, Джонс, Ферст и Ругро, который принял привычно хмурый вид.

Каждый шаг отдается гулким эхом в тишине коридоров, которые я едва ли даже смутно помню из раннего детства. Бывала ли я тут?

Тот самый балкон, о котором говорил Холливан, ждет меня за огромными дверями, и, когда они распахиваются, в лицо ударяет прохладный ветер, пахнущий снегом и дымом. Там, на улице, уже ночь, но внизу, на огромной площади перед дворцом, волнуется море огней. Факелы. Люди.