Книга (Не) достойная дракона. Академия Лоренхейта, страница 180 – Алена Шашкова

Маму я тоже нахожу глазами — ей помогает сесть Лисса. Обе живы! Рядом с ними — волк и мой Ири у него под боком. Я не могу сдержать усталой улыбки. Мы справились. Даже в этот сложный момент, когда все было против нас…

Внезапно двери снова распахиваются, и в помещение, тут же рассредотачиваясь практически с военной точностью, вбегают Ферст, Ругро и Джонс, приготовив на ладонях боевые шары.

Они не кричат ничего понапрасну, они профессионально оценивают ситуацию и по очереди деактивируют приготовленные для атаки плетения.

— Филис, — гремит голос Ругро. — Какого…

Пожалуй, я первый раз вижу, как этот мрачный профессор выходит из себя. Он выдает очень заковыристую и почти целиком нецензурную тираду, по которой я понимаю, что Лисса и Адреас оказались тут без разрешения профессорского состава и фактически даже не предупредив их.

То есть эти двое осознанно ринулись в самое пекло? Лисса, которая вначале встретила меня весьма… оригинально, и Филис, про знакомство с которым вообще вспоминать больно. На глаза наворачиваются слезы, и я крепче прижимаюсь к боку Адреаса, который продолжает помогать мне держаться на ногах.

Ферст и Ругро последовательно проверяют наемников, накидывая на них связывающие плетения — похоже, они все же остались живы, — и Холливана, заковывая его в антимагические наручники.

Лисса, поддерживая маму, подходит к нам, и я не могу сдержаться, кидаюсь ее обнимать.

— Мама! — с облегчением выдыхаю я, чувствуя, как ее слабые, но такие родные руки смыкаются на моей спине.

— Все закончилось, милая, — шепчет она, касаясь губами моего виска. — Ты справилась. Я так рада, что ты не одна!

Мама отстраняется, осматривая меня, как всегда делала, когда я вся испачканная или поцарапанная возвращалась в детстве с прогулки с друзьями. А потом ее глаза шокированно распахиваются, и она поднимает мое правое запястье, показывая всем четкий серебристый рисунок в виде горного пика, над которым сверкает корона.

— Книга… — шепчу я, переводя взгляд на «Предания».

Они раскрыты, а на желтом развороте, испещренном мелкими буквами, отчетливо виден красный след моей ладони. Я… Я же порезалась кинжалом! И все же дотронулась. И книга приняла меня как истинную принцессу Айкидонии.

Похоже, от судьбы никуда не деться, и книга уже признала меня, клятву я произнесла. Что же… Значит, придется мне «вернуть то, что было украдено, восстановить то, что было разрушено».

Филис берет мою руку, осторожно проводит большим пальцем по светящемуся узору. В его взгляде столько нежности, что у меня перехватывает дыхание.

— Уже не принцесса, — произносит он с легкой, чуть грустной усмешкой, но в этой грусти нет сожаления, только принятие. — Теперь королева.

Неужели Адреас думает, что корона станет препятствием между нами? Мне все равно, какое у него происхождение. Да и может ли быть что-то важнее, чем надежный, любящий человек рядом?

— Прошу прощения, Ваше Высочество, — профессор Джонс оказывается рядом и со свойственной ему деликатностью и спокойствием напоминает. — У вас появились… обязательства.

Он кивает на вход в храм.

Оттуда доносится гул, лязг металла и топот множества ног. В зал врывается отряд вооруженных людей. На их доспехах герб Айкидонии — горный пик с короной над ним.

Во главе отряда — высокий, седовласый воин с шрамом через все лицо. Он останавливается, обводя зал цепким взглядом, видит связанного Холливана и поднимает меч. Все остальные рыцари замирают за его спиной, ожидая команды и рассматривая наш небольшой отряд. Ферст, Ругро и Джонс выходят вперед, закрывая нас, а Филис задвигает меня себе за спину.