Книга Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта, страница 20 – Алена Шашкова

— Говорят, что новый декан не просто так ее сюда засунул…

— И что ты думаешь? Они…

Кого “ее” и кто “они” я могу только логически предположить. Зато вижу две пары округлившихся глаз, которые испуганно смотрят на меня.

— Привет… — находит в себе силы сказать одна из девчонок: рыжая, со смешными конопушками и задорными кудряшками. — А ты…

— Да, я та самая “она”, — решаю не скрывать, что их разговор я слышала.

Если им есть что мне сказать, пусть говорят сразу и в лицо. Больше всего не люблю вот этих “шу-шу” за спиной. В них и десятой доли правды не бывает.

— И ты будешь жить с нами? — спрашивает вторая, блондинка с высоким хвостом и родинкой над губой.

— Удивительная проницательность, — усмехаюсь я, а девчонки еще больше тушуются. — Алисия, если вы слухи слышали, а имя забыли.

Обе, наверное, курс первый, максимум второй. Последние несколько лет девчонки на боевом факультете доучиваются до третьего курса и переводятся: программа сложная настолько, что они не выдерживают.

Рыженькая вообще заливается краской, а блондинка, похоже, более пробивная из этого дуэта, выпрямляет спину и, пытаясь сделать уверенный вид, протягивает мне руку.

— Я Элла, а это Эмма, — она представляет себя и соседку. — И мы… двойняшки.

Вот тут уже приходит время удивиться мне. Настолько непохожих двойняшек я еще не видела.

— Ну вот и познакомились, — киваю я. — Если у вас есть какие-то вопросы ко мне, то я предлагаю вам задать их прямо сейчас. Хотя если вам просто хочется болтать и перемывать кому-то косточки, то вряд ли моя правда будет вам интересна.

— Мы… — Элла мнет в пальцах юбку: хоть она и на боевом, но детские привычки все еще не покинули ее, так что да, наверное, все же первый курс. — Просто об этом все говорят, особенно, после того, как новый декан сам отдал тебе кристалл.

Вздыхаю, пожимаю плечами, давая понять, что, по сути, это ничего не меняет, а потом стаскиваю с плеча свой мешок с вещами.

В комнате стоит три узкие кровати с твердыми матрасами, все застеленные без единой складочки серыми плотными покрывалами. У каждого стола тумбочка, комод и стол с набором пишущих инструментов. Для формы рядом расположена вешалка. И… все.

Правда, над кроватями девчонок висят картинки: на одной — бушующее море, а на второй — несколько молодых парней, если я не ошибаюсь, то сборная страны по эриболу. Интересно, какая из них Эллы, а какая — Эммы?

То, что девчонки не из простой семьи выдает только их одежда: под стандартной формой академии у них тонкие шелковые блузки. Студенты из простых семей и нестабильные могут себе позволить себе только хлопковые сорочки, которые выдает академия в том же комплекте.

Над третьей, пустой кроватью стена кажется несколько раз закрашенной. Кажется, предыдущий жилец любил рисовать. Прохожу, ставлю мешок на покрывало и развязываю завязки, чтобы разложить то, что осталось по местам. Мне еще к комендантше за бельем идти и узнавать, как мне расплатиться за испорченное.

Девчонки рассматривают меня, как диковинную зверушку.

— Алисия, — наконец, решается заговорить Эмма. — Мы ничего не имеем против нестабильных…

А, так вот, в чем дело! Я выкладываю зеркальце и шкатулку в тумбочку, а шаль сворачиваю и убираю в верхний ящик комода вместе с сорочками. Ну вот и все, разбор вещей закончен.