Книга Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта, страница 18 – Алена Шашкова

— Это же вейтерия? — она прищуривается и проводит над ладонями рукой, а затем обхватывает запястье.

Чувствую тепло, растекающееся от кистей к плечам, но словно теряющее силу по пути. Киваю.

— Сколько времени прошло? — снова спрашивает она.

— Ну… около часа… наверное, — чувствуя недоброе, отвечаю я.

Ну если прикинуть, все время, что я убиралась, потом бегала…

— Кто-то поставил блок… Хоть и поздновато,действие уже началось, — произносит она, глядя в никуда, точнее, прислушиваясь к своим ощущениям. — Спасибо передашь. Иначе бы тебе месяц без магии ходить.

Месяц… До экзаменов же три недели!

— А сейчас… — хрипло спрашиваю я, а у самой все корочкой льда внутри покрывается.

— Сейчас дней десять.

Ярхаш.

— Как десять дней? — осипшим голосом спрашиваю я. — Я не могу…

— Еще раз, — Курт, оставив мои руки, отходит к шкафу с огромным количеством пузырьков, торопливо смешивает несколько растворов и энергично встряхивает. — Еще немного, и токсин вейтерии мог блокировать твою магию на месяц. Как минимум! Это я прикидываю его концентрацию по следам на твоих ладонях.

Я нервно сглатываю и пытаюсь будто бы заново научиться дышать. У меня даже ругательств не хватает, чтобы описать все свои эмоции.

Мы зелье из вейтерии проходили очень мало: оно считалось редким, отчасти запрещенным, и студентам с ним не разрешали работать. Я о нем знаю больше после того, как один из боевиков пару лет назад захотел сжульничать на одной из аттестационных работ у профессора Ферста… В смысле у Алессандры Ферст.

А у нее не забалуешь! Она мигом вычислит любую хитрость. Так вот, парень решил “смыть” свою магию, даже для этого купил зелье вейтерии. Да только от его растения для аттестации ничего не осталось после воздействия зелья.

Но тогда ему на руки ничего не попадало, потому о таком “отличном” побочном свойстве, как лишение магии, мы не узнали. И я сейчас ой как об этом жалею!

— Должно же быть какое-то противоядие, магистр Курт! — почти умоляя ее, произношу я, пока целительница обрабатывает мои раны. — У меня экзамены!

— Ну вот как раз до экзаменов у тебя все и успеет пройти, — успокаивает она меня. — Насколько я помню, у тебя отлично почти по всем предметам, практики вам ректор Ферст дал достаточно. Прямо перед экзаменом повторишь, и все! Все получится, я в тебя верю.

И получилось бы! Непременно! Если бы я оставалась на факультете нестабильных. Но карман обжигает кристалл с красным свечением, потому я точно оказалась в огромной заднице.

Словно со стороны слышу, всхлип, и только потом понимаю, что это я. Ну вот, только слез мне еще не хватало и заплаканных глаз. Мне еще ведь к декану идти. Что, если он, увидев, что я плачу, и откажется?

— Ну-ну, Алисия, ты что? — Курт заканчивает заматывать мои кисти бинтами, садится рядом и аккуратно поглаживает по плечу. — Это все временно, не переживай. А шрамов не останется. Это же не вытяжка нунгартии… Вот тогда бы нам с тобой пришлось побороться.

Похоже, еще не все в академии знают, что меня перевели. Хотя это, наверное, преподаватели не все знают, а вот среди студентов сплетни распространяются в разы быстрее: мой факультет, например, уже весь в курсе.

— У меня три недели на подготовку к экзаменам, магистр Курт, — сдавленным шепотом говорю я. — Меня… Меня перевели на боевой.