Книга Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта, страница 110 – Алена Шашкова

По спине пробегает холодок. Кажется, я знаю, когда был этот самый один раз.

— И сегодня артефакт преступников потерял баланс, — продолжает Вальгерд. — Угадай, что совпадает в этих обоих случаях?

— Я… — выдыхаю я.

— Именно, Алисия. А еще у тебя недавно не было магии, но… скамейка взорвалась, — Вальгерд внимательно всматривается в мое лицо. — Может, расскажешь сама?

Я понимаю, о чем Вальгерд говорит, потому что помню записи, которые лежали на его столе, когда я случайно вошла в кабинет в его отсутствие. Иначе бы никогда об этом не подумала…

— Алисия? — Вальгерд оборачивается и кладет руку мне на колено, а я вздрагиваю от потока мурашек.

Он хмурится, но руку не убирает, напротив, чуть сильнее сжимает пальцы.

— Я знаю, о чем вы говорите, — выдыхаю я и вытаскиваю из кармана часы. — Только я всегда думала, что это просто… часы.

Рассматриваю их, не понимая, как так вышло: столько лет прожила, ни разу проблем не было, и вдруг я узнаю… Стоп. А ведь в кабаре они стояли. Я точно помню! Они стояли. А теперь идут!

Вальгерд протягивает руку, и я без особого рвения кладу ему на ладонь свои часы.

Он зажигает над нами небольшой магический огонек, чтобы рассмотреть.

— Невероятно… Их считали утерянными, — удивленно произносит мой куратор. — Откуда они у тебя?

— Я плохо знаю эту историю, — пожимаю плечами. — Потому что папа не особо любил ее рассказывать. А потом его не стало, сейчас даже и не спросишь. Вроде как когда-то кто-то из драконов подарил часы прадеду за спасение в одной из битв. Тот передал деду, а дед — отцу. Пожалуй, это единственное, что безраздельно досталось мне от отца, да и то только потому, что мачеха не увидела в них особой ценности.

— Хорошо, что твоя мачеха такая дура, — усмехнулся Вальгерд. — Они бесценны, Алисия. Ты не представляешь, что могут за них отдать, даже несмотря на то, что внешне их не так легко узнать. Я вот видел их у тебя, но издалека не смог понять.

— А, да… Папа как-то неудачно их уронил… под копыта лошади… А часовщикам отец не понес, — задумчиво вспоминаю я. — Теперь понимаю почему.

Вальгерд сжимает их в ладони, поднимается и отходит к комоду. Мне тут же становится прохладно, даже у самого камина. И как-то одиноко.

— Я понятия не имею, как за столько времени никто не понял, что у тебя такой опасный артефакт, — обеспокоенно произносит он. — Но ты же понимаешь, что я не могу тебе их вернуть?

Сжимаю кулаки и пытаюсь сдержаться, но не выходит. Вскакиваю, и камзол падает с моих плеч, а я остаюсь в одном платье.

— А вы понимаете, что это единственное, что у меня осталось от отца?

В комнате наступает тишина. Вальгерд все понимает, но и опасности всех подвергать больше не может. И выхода нет.

— Я подумаю, что с этим можно сделать, — серьезно говорит он и прячет часы в комод. — Возможно, мы сможем снять с часов магию, и я… постараюсь вернуть тебе их.

“Постараюсь”... Учитывая, что это старый и считавшийся утраченным дорогой артефакт, можно почти не рассчитывать на это.

— Профессор, — я кусаю губу, сомневаясь, спросить или нет, — но все же, как так вышло, что я об этом узнала только сейчас? Я в академии все эти годы с ними. И ни разу ничего не происходило из ряда вон.

Он бросает на меня лишь мимолетный взгляд, а потом снова наливает себе то, что пил ранее. Вальгерд опрокидывает в себя стакан и только после этого продолжает.