Книга Наложница Девятихвостого лиса, страница 39 – Ирен Эшли

Сглотнув вязкую слюну, я забежала внутрь. Начала шаркать по полочкам, сундукам в поисках хотя бы чего-нибудь: любого оружия, артефакта, лунного камня…

Лунный камень!

Я обнаружила его в одной из шкатулок. Дрожащими руками взяла, сжала и закрыла глаза, полагаясь как на последнюю надежду на спасение представила Вейшенга… Думала, будет сложно, но лицо повелителя нечисти появилось перед глазами легко, словно лис стоит передо мной. Такой же, как и в жизни: хладнокровный, спокойный, с невозмутимым, чуть надменным выражением лица и покровительственным взглядом. Демон, к которому я чувствовала нечто запретное, опасное, лишенное праведности и святости, столь сильное и необходимое, не терпящее возражений.

Очень скоро образ в мыслях смотрел в ответ, не поддаваясь моей воле — свободно, чуть обеспокоенно. Я прошептала лишь одними губами: «Спаси меня…».

И Вейшенг спас.

Я не знаю в какой момент он появился, насколько быстро, но когда я смерилась с неминуемой участью стать жертвой двух демонов, когда ощутила до боли знакомый холод, когда услышала их пробирающей смех, когда сдалась окончательно… вдруг услышала их жалобную мольбу о пощаде и тяжелый хрип.

Я сидела, сжавшись у сундуков, руками прикрывая голову. Вздрагивала от каждого треска, скрипа, стона… Предсмертный хрип стал окончательной точкой.

Потом всё стихло. Гнетущая тишина заполонила собой пространство. Я приоткрыла глаза, сглотнула вязкий страх; дрогнула, когда увидела серебряный иней на земле. Сердце пропустило болезненный удар. Иней тускло посверкивал и таял. Дрожа, я наблюдала за таянием пушистой изморози и с сочувствие осознавала: так исчезают… хладные демоны.

— Цела? — равнодушно спросил Вейшенг.

Я перевела на повелителя нечисти взгляд. Он подошел ближе, глядя на меня с высоты своего роста, нависая надо мной каменной статуей, такой же прекрасной и холодной.

Я моргнула, тихо процедила:

— Да… Благодарю…

— Братья Гунсунь просто хотели тебя, — Вейшенг говорил спокойно, до ужаса равнодушно, но глаза его были полны негодования и едва уловимой… печали. — И имели полное право воспользоваться тобой, — он произнес фразу так, будто объяснял себе, а не мне. Безумным взглядом посмотрел на свою ладонь, усмехнулся. — Ты просто… пленница, — со злой усмешкой добавил Вейшенг и рассмеялся, сжав кулаки до белизны костяшек. Взором дикого хищника вонзился в меня. Я задохнулась немым ужасом, отползая от Вейшенга подальше. Тот, в ком я нуждалась больше всего, сейчас озверел сам…

Откинув шлейф ханьфу, Вейшенг медленно опустился передо мной на корточки. Заинтересовано, свозь подозрительный прищур, глянул на меня, грубо обхватил подбородок и зафиксировал голову так, чтобы я не смогла отвернуться. Пришлось подчиниться. Тяжело дыша, я смотрела ему в глаза, наблюдала за штормом внутри них и просто смиренно ждала участи…

Демоны часто покидали Проклятый Туман, главное правило, которому учили с детства, гласило: демону нельзя смотреть в глаза. Можно потеряться, забыться, обезуметь… Я относилась скептически, но сейчас, вот так неотрывно глядя на Вейшенга, чувствовала, как Тьма затягивает водоворотом; она словно чума — становилась частью моей сути.

— Но я спас тебя, — судорожно, сквозь крепко стиснутые зубы произнес девятихвостый лис. От кожи демона начало исходить голубоватое сияние. — Убив своих, — с гневом, Вейшенг яро прокричал в губы, одним движением прижав всю меня к своему телу.