Книга Уроборос. Том 1, страница 34 – Виктор Громов

Последние отряды великолепных воинов прошли мимо его жалкого отряда. Через час, когда начал стихать гром передвижения огромной армии и осела пыль, Ираклий увидел в нескольких сотнях метров выстроенных солдат Филиппика. К Ираклию подъезжала группа всадников, впереди он узнал Филиппика, а сзади, глотая пыль, он разглядел несуразную фигуру Иоанна. На измученном, но довольном лице последнего виднелись синяки и кровь.

— Мы думали, тебя убили или ты убежал. Что у тебя с лицом?

Ираклий демонстративно не замечал Филиппика, из-за которого по большому счету, и возникла эта ситуация.

— Как ты мог такое подумать, командир?!,-насмешливо ответил Иоанн. Убить – да, убежать? Куда? К ариям? Армянин из ромейской империи? Для них я буду никчемнее собаки. Я выполнил свой долг, Когда персы провожали, решили немного на мне отвести душу. А через полчаса уже наши, стража в городе, не разобрались, приняли меня за лазутчика и снова избили.

— Так ты решил не возвращаться в лагерь, а пробираться в городок? Потому, что мы не предупредили вторую армию?

— Все правильно. Последнее, чего бы я хотел, это чтобы офицера Филиппика не поняли, что к чему и атаковали уходящих персов. Тогда бы они всех нас перерезали.

Филиппик вклинился в разговор:

— Ничего, что я вам помешаю? Да, твой шпион, Ираклий, здоров и все сделал в лучшем виде. Можно тебе сказать спасибо, что ты произвел такую хитрую операцию.

— С тобой, Филиппик, мы поговорим позже, обсудим твою опрометчивость и как нам написать отчет в Константинополь, почему мы отдали врагам столько денег,-процедил сквозь зубы Ираклий.

— Да, поговорим. Но позже. У твоих солдат есть продовольствие? Мы столько дней были без нормальной еды. Как у нас еще не начался голод, чудом только.

— У нас нет еды. У нас обоза-то нет нормального. Как только я получил твое сообщение о блокаде, я собрал, кто есть под рукой и помчался тебя выручать. Извини, что не додумался еще и овец пригнать.

— Ладно, у нас есть немного денег. Подожди немного.

Некоторое время Филиппик раздавал приказы своим офицерам насчет покупки стада овец в близлежащих селах и осмотра брошенного лагеря персов. Выступление назначили на следующий день рано утром.

Когда взошло солнце, измученная армия ромеев потянулась домой, на северо-запад. Оба полководца ехали рядом и молчали

— Ты зря злишься, Ираклий,-наконец заговорил первым Филиппик.

— Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен злиться. Ты собрал почти все доступные войска, заигрался в Ганнибала и попал в ловушку. Я, стратиг, но в первую очередь представитель гражданской власти, вообще не должен лезть в военные дела. Но я собрал последние отряды стражников, проскакал несколько сотен километров по горным горам и, не вступая в серьезные бои, вызволил тебя и сохранил твою армию. А если бы я хоть на день опоздал? А если бы не пришел ко мне Иоанн? Это кстати, его план и ты, мне кажется, должен его как следует отблагодарить.. А если бы не нашлось два кентария золота? Что тогда? Мы с тобой в любом раскладе потеряли бы армию, и в лучшем случае сейчас мчались в беззащитный Феодосиополь и думали, как его защищать, а в худшем – лежали бы мертвые. Но даже теперь, когда все удачно относительно завершилось, мне надо писать объяснение Феодосию, почему мы потратили столько денег, если у нас под командованием были тысячи солдат.