Книга Уроборос. Том 1, страница 102 – Виктор Громов

— Мы совсем не знаем, какая ситуация в Месопотамии?,-подал голос Гунерих. Может, Нарсес уже прошел наше место выходу в пустыню и нам следует его догонять?

— Информации нет, тут я признаюсь. Если раньше кое-как поддерживали контакт, то сейчас слишком далеко. Мы пока одни и действуем на свой страх и риск.

— И нет информации, где Роман? Нам бы его лихость и бесстрашие очень помогли. Собравшиеся закивали.

— Когда мы выходили из Феодосиополя, он подходил к Дербентским вратам. Считайте сами, если все хорошо и он успешно их миновал, то должен сейчас выходить из Ширвана в Азербайджан. Если все хорошо.

Подал голос Вардан:

— Со своей стороны могу сказать, что персидские наместники в восточной Армении сами не знают, где Роман и где основные силы Бахрама Чубина. Ходят слухи, что они в восточном Иране подавляют недовольство знати, но это неточно.

— Так значит, в тех краях до сих пор держатся иранские чиновники?,-удивленно спросил Ираклий,-я думал, они все отозваны. И их твои родичи еще не выкинули из своих земель?

Вардан тяжело вздохнул:

— Это восточные армяне, полководец. Они практически никак не связаны с Римом, а с Ираном очень тесно. Да там половина знати смешенного происхождения! Они и не будут поднимать бунт ради непонятной цели. Иран и власть шахиншахов понятна и привычна, у князей там много привилегий и льгот, а слабый Ктесифон им даже на руку, никто не будет усиливать контроль. Например, в столице тех земель, Двине, до сих пор находится иранский наместник и его поддерживают тамошние аристократы.

— Интересно. Часть знати поддерживает Рим, как центр христианства, часть – Иран, как близкую культурно страну, часть выступает за самостоятельность и возрождение Великой Армении времен Тиграна.

Ираклий, как армянин по происхождению, но совершенно ромей по духу и воспитанию, сам прекрасно знал те разнонаправленные силы, которые разрывали веками несчастную страну, но специально заострил на этом внимание, чтобы донести до других командиров, не так хорошо знающих местные особенности.

— Да, это так. Страна расколота, ее рвут на части князья, у каждого из которых свой конкретный интерес. А силы персов в тех краях…Да, они уменьшились, часть выведена в сам Иран, но персы держатся и уходить даже не думают.

— Нам, я имею в виду и армию и Рим, следует опасаться неприятностей с того направления?

— Риму точно нет. Там у противника очень мало сил, они сидят тихо в своих крепостях и цитаделях городов и молятся, чтобы про них не вспомнили. Армии…Думаю, тоже нет, слишком далеко. Без сомнения, арии попытаются всячески вредить нам, подговаривать местных князей выступить против нас, но нет шансов, что это произойдет.

— Кстати, Вардан, я давно не видел твоего племянника. Куда делся Васак?

Вардан медленно поднял глаза и посмотрел на Ираклия. Несомненно, стратиг уже знал, что с ним, однако решил, что озвучить это еще раз не повредит.

— Я его отправил в Двин. У него там особое задание.

— Какое же, сообщи мне. Интересно, почему ты отправляешь по собственному решению одного из лучших воинов моей армии домой? Может, ты забыл, кто командует этой армией по решению императора Рима?

— Нет, Ираклий, не забыл. Прошу меня простить, что не согласовал его отъезд с тобой. Дело было довольно щепетильное и потребовалось его присутствие, чтобы решить его в пользу Рима. Поэтому он отправился ночью с небольшим отрядом сопровождающих.