Книга Пункт назначения 1978, страница 76 – Виктор Громов

— Ребята, я не сильно вас удивлю, если скажу, что она вам соврала?

И снова сел прямо. По их лицам стало понятно, что не очень. Я усмехнулся. Тощий возмущенно сжимал-разжимал кулаки. О чем он сейчас думал, было ясно и без слов.

— Девочек бить неправильно, — напомнил я.

— Так это ж не девчонка, это ж Вика — законченная дрянь.

— А мы с тобой законченные идиоты, — со вздохом резюмировал патлатый. И тут же добавил, уставившись на меня просительно: — Слушай, Олег, ты это, не злись на нас. Мы, правда, хотели, как лучше.

Про себя я продолжил его мысль: «А вышло, как всегда»… В слух же сказал:

— Да понял. Не злюсь. Давайте, что ли, знакомиться?

Патлатый первым протянул руку.

— Димон, — и тут же поправился, — Дима.

Я его руку пожал.

— Паша, — отозвался тощий, не ставая с травы. Он все еще тер подвернутую лодыжку.

Я кивнул. Потом поднялся, оглядел штаны, отряхнул, как мог. Уже сейчас было понятно, что их придется стирать. И это ужасно не понравится матери. Потом посмотрел на рубашку и остолбенел — пуговица на кармашке оказалась вырвана с мясом. В самом кармане было пусто. Куда подевались кисет, деньги и список, я не имел ни малейшего представления.

Это было похоже на злой рок. И магазин, и рынок, казались заколдованными. Мой каждый поход туда оканчивался какой-то хренью. И, если объяснение с матерью просто грозило перерасти в обычный скандал, то как быть с тенью? Что делать с ней?

— Черт, — процедил я обескураженно, — что же делать?

Я беспомощно огляделся. Как тут что-то найти? Трава местами доходила до пояса. Если все повыпадало где-то здесь, искать это придется до морковкиного заговения. Та еще перспективка.

— Черт!

— Потерял чего? — забеспокоился Димон.

— Деньги, список, — ответил я, — мать в магазин послала.

Он задумчиво почесал затылок.

— А где лежали?

— Здесь!

Я прижал пятерню к груди. И совсем потеряно добавил:

— Еще такой кожаный мешочек на шнурке.

— Этот?

Спросил Пашок и поднял что-то с травы двумя пальцами. Мне словно камень сняли с плеч.

— Он!

— Лови.

Кисет полетел ко мне и приземлился почти у самых ног. Я поднял и тут же засунул его в брючный карман поверху затолкав цыганскую тряпицу. Чтобы наверняка, чтобы больше точно не выпал.

Димон тоже встал на ноги.

— Пойдем, — сказал он, — поищем.

И первым двинулся к оврагу.

* * *

Наверное, высшие силы сегодня были на моей стороне. Искать почти не пришлось. Пятерка лежала на самом видном месте. Список нашелся внизу в овраге. Заметно его было издалека. Осталось только спуститься и побрать.

Мосток мы преодолели дружно, гуськом. Димон шел первым, я замыкающим. Между нами, слегка подхрамывая, шагал Пашок. Затем они потащились со мной к магазину. Только меня это больше не напрягало. От них не исходила угроза. Лишь любопытство с примесью восхищения.

Внутрь они не пошли, остались ждать снаружи, оседлали низенький заборчик вокруг палисадника.

В сельпо было пусто. За кассой стояла знакомая продавщица. Меня она узнала сразу и добродушно поприветствовала:

— О, старый знакомый! Зачем на этот раз пожаловал?

Я подошел почти вплотную к прилавку, выложил отцовских два рубля и тихо спросил:

— Можно мне еще один фонарик?

Женщина посмотрела на меня с изумлением. Отметила изгвазданные штаны, рубашку, разбитую губу. Спросила: