Книга Пункт назначения 1991. Целитель, страница 29 – Виктор Громов

— Что у тебя под платком?

На этот раз девушка ответила:

— Половинка карты.

Незнакомка кивнула. Спросила вновь:

— А кольцо где?

— Дома, — ответил я, заранее понимая, что что-то пошло не так.

Моя собеседница неожиданно разволновалась. Почти закричала:

— Срочно, слышишь, срочно поезжай за ним. Его надо кинуть в проточную воду. Только сам не трогай, нельзя. Пусть она, — узловатый палец указал на Веру, — бросает. И карту потом нужно сжечь. Что говорить знаете?

— Знаем, — ответила Вика.

— И то хлеб. А то, — она скривила рот, — лезут куда не надо, а сами понятия не имеют, что и как делается.

Влад повернул ключ в замке зажигания. Мерно заурчал мотор.

— Так мы поедем? — тихонько попросил он.

— Поезжайте.

Женщина отстранилась, прихлопнула ладонью по дверке машины.

— И Богом прошу, не лезьте вы больше во все это.

Пятерка тронулась, отъехала. Кроме песни и движка ничего не стало слышно. Лишь по губам я прочел последнее слово: «Недоумки!»

Теткины слова всех основательно напугали. Я так и не понял, что конкретно случится, если ритуал не будет завершен. Но выяснять это, не имел не малейшего желания. Остальные оказались со мной солидарны. Влад гнал. Макс Леонидов с Колей Фоменко пели. Девчонки перешептывались на заднем сидении. Я молча смотрел в окно.

Думал о том, что успел основательно подзабыть, каким был мой родной город всего-то тридцать лет назад. Тихий, уютный, спокойный. Не было в нем той сумасшедшей суеты, которая появится совсем скоро. Не было равнодушия и наплевательства. Не фонило безграничным эгоизмом и борьбой за «личное пространство».

Этот город тридцатилетней давности мне нравился куда больше. Жаль, что все не вечно. Новое время, новые ценности, новые идеалы не за горами.

— А ты что? — Вдруг громко спросила Вика.

И я словно очнулся, прислушался. Вера рассмеялась, ответила:

— Господи, какую же дуру мне пришлось из себя корчить, просто, форменную идиотку.

Вика восхищенно охнула.

— Я бы так не смогла. Правильно, что вы меня не пустили.

Я невольно улыбнулся. Конечно, правильно. Вере проще, столько лет она прожила с отметиной на лице. Такие вещи закаляют. Девушка подтвердила мои слова:

— Ничего, Вик, я привыкла к тому, что все на меня смотрят, тычут пальцами. Ничего…

— Ты у меня красавица, — многозначительно выдал Влад, — а остальные — дураки.

Я опять уставился в окно, погрузился в свои мысли. Что дальше? Вот завершим мы сегодня ритуал. Ночью я, наверняка, попаду в гости к бабе Дусе, выясню у нее, как лучше наказать врача, чтобы напрочь отбить желание наживаться на чужой беде. Чтобы разорвать порочный круг. А что потом?

Кто даст гарантию, что у Льва только один карманный медик? Мне совсем не верилось в такую возможность. Все это, скорее всего, поставлено на поток. Сколько таких беспринципных лекарей трудится на нашего доброго барина? Кто знает? Кто может сказать?

Нет, наказать врача стоит непременно, но кардинально ситуацию это не исправит. Выход напрашивался другой. Жестокий, беспощадный. Мне он не нравился. Я гнал от себя эту мысль, но при этом отчетливо понимал, что вынужден буду сделать это. Сделать для того, чтобы спасти невинных людей, таких как Викин одноклассник, чтобы защитить своих близких, чтобы обезопасить себя. Черт.