Книга Пункт назначения 1991. Целитель, страница 125 – Виктор Громов

— Все, — отрезала Вера, — допивайте, жуйте и я хочу понять, что сегодня вообще случилось.

— Я тоже! — поддержала подругу Вика.

Я послушно выпил последний стопарь, подумал, что надо нам с Владом как-нибудь слинять от наших дам и оторваться на полную катушку. Чтобы никто не стоял над душой, не считал миллилитры. Ну а пока взялся за картошечку, благо, она была выше всяких похвал.

Потом, когда убрали со стола, когда остались только чай и конфеты, я понял, что дальше тянуть кота за хвост мне никто не позволит, и принялся шаг за шагом описывать прошедший день. Честно, не упуская ничего.

Я рассказал ребятам о сне, о пустыре, о том, как бродил по городу. Поведал о Лачи, для этого пришлось мысленно возвращаться в прошлое. О пяти рублях, о цыганах, о болезни и излечении.

Не знал только об одном, стоит ли говорить о смерти? И все-таки рассказал. После разговора с Лачи этот вопрос меня мучал больше всего. Что цыганка имела ввиду? Какие три жизни я должен смерти? Почему-то казалось, что этот долг доставит мне кучу проблем. Именно об этом я спросил друзей. Мне было важно их мнение.

Ребята испуганно примолкли, высказываться не спешили. Слишком серьезной была тема. Слишком пугающей.

— Может, ты должен излечить трех человек? — предположила сострадательная Вика. — Точнее двух. Костю ты уже вылечил. Хотя, если так, то теперь уже одного.

Я пожал плечами. Мне бы тоже хотелось на это надеяться. Вылечить проще всего. Лишь бы не наоборот.

Влад гоготнул, вдребезги разбил мои надежды.

— Наивная. Скорее уж убить. Зачем смерти живые подданные? — Он прищурился, скривил рот в усмешке. — Один жмурик у тебя в загашнике уже есть. Осталось два.

Вера тут же отвесила благоверному подзатыльник.

— Влад! Спятил? Ты вообще не думаешь, что говоришь. Какие жмурики? Зачем Олегу кого-то убивать? Ведь правда, Олег? Ну скажи!

Девчонки, милые мои девчонки, как же не хотелось вас разочаровывать. Я опустил глаза. Промолчал. В слова друга мне верилось куда больше, чем в слова наших дам. И это меня совершенно не радовало.

* * *

Ночью я был уверен, что двери нави для меня опять распахнутся. Мне казалось, что квест завершен. Что баба Дуся должна пригласить меня в гости, похвалить, сказать, какой я молодец. Должна накормить ритуальными блинами. Добавить сил, научить уму разуму. Что там еще обычно происходит во время наших встреч?

На худой конец, может даже пожурить. Я не против. Я ужасно соскучился по ее потустороннему дому, по сварливому голосу, по вечной усмешке. Но нет. Никто не звал меня в гости, никто не тревожил. Утром ребята тоже не стали будить.

Проснулся я почти в три часа по полудню. Проснулся от того, что практически опух ото сна. Удивительно, но был я свеж, был я бодр, был я полон сил. В доме царила удивительная для этого времени суток тишина. Я приподнялся на локте и позвал:

— Вика!

Немного подождал, не услышал ответа и крикнул погроме:

— Любовь моя!

Потом еще раз громче. Все с тем же результатом. Тогда поднялся, натянул штаны, прошелся по комнатам, выглянул в окно. Никого! За забором тоже было пусто. Не было даже Владовой машины. Я вслух пожаловался небесам:

— Меня все бросили!

Сам понял насколько фальшиво это звучит и отправился в душ.

* * *

На кухонном столе под банкой сгущенного молока меня дожидалось послание — листок из блокнота в клетку. Его я заметил не сразу. Когда же заметил, вытянул и вздохнул. Влад печатными буквами начертал: «Повез девчонок в город, в милицию. Вика отказалась ждать до вечера. Смотри, без нас не хулигань».