Книга Измена дракона. Изгнанная с его наследником, страница 66 – Майкл Скофилд

— Где он?

Дамир посмотрел на пустое углубление в футляре.

Я почувствовала, как у меня по спине прошел холод.

Кровный образец.

Если он сохранился, можно было доказать состояние моего тела в день изгнания. Возможно, даже беременность. Возможно, влияние сарна.

Но углубление было пустым.

— Кто мог вынуть образец? — спросил Райгар.

Голос у него стал таким, каким, наверное, он отдавал приказы на поле боя.

Дамир ответил не сразу.

— Только тот, у кого были ключ хранителя и одна из старших печатей. Или тот, кого впустил сам хранитель.

— Вы впускали?

— Нет, лорд.

— Ваш предшественник?

— Умер три года назад. Журнал должен был зафиксировать выдачу. Записи нет.

Райгар встал.

Слишком резко.

Я видела, что боль ударила по нему сразу, но он не сел обратно.

— Закрыть башню. Никто не входит и не выходит без моего приказа. Дамир, составить акт о пропаже приложения четыре-б и кровного образца. Сейчас. Мира, ты получишь копии всех документов.

— И оригиналы списка настоев.

— Копии.

— Оригинал нужен Тавии для проверки состава и почерка.

— Оригинал не покидает архив.

— Тогда Тавия приходит сюда.

Он хотел возразить по старому порядку.

Не стал.

— Пусть приходит.

Я собрала свои записи.

Каждый новый документ делал прошлое не легче, а тяжелее. Но теперь тяжесть имела форму.

Даты.

Подписи.

Имена.

Отсутствующие листы.

Пустые углубления.

Я больше не стояла в зале Совета одна против приговора. У меня появились первые трещины в их стене.

Когда мы вышли из архива, Ирвент ждал в коридоре.

Он не выглядел обеспокоенным.

Это было почти красиво. Такая выдержка требует долгой привычки к чужим катастрофам.

— Надеюсь, вы нашли то, что искали, — сказал он.

Я остановилась перед ним.

— Нет. Я нашла то, что кто-то очень не хотел мне показать.

Его взгляд остался мягким.

— Архивы старых дел часто неполны. Время, переезды, ошибки писарей...

— Вы закрыли мое дело через два дня после изгнания без отметки о прибытии.

— По сведениям, полученным тогда, карета шла по назначенному маршруту.

— Сведениям от кого?

— Нужно поднять переписку.

— Поднимем.

Райгар стоял рядом, и я чувствовала его напряжение.

Ирвент перевел взгляд на него.

— Лорд, не забывайте, что слишком резкое вскрытие старого дела может ударить по роду.

Райгар ответил холодно:

— По роду уже ударили те, кто подделывал или прятал документы.

— Вы уверены, что были подделки?

Я достала копию списка настоев и подняла ее так, чтобы Ирвент видел первую строку с белым сарном.

— Я уверена, что мне давали то, о чем забыли рассказать на Совете.

Он едва заметно прищурился.

Впервые.

Не много. Но мне хватило.

— Лекарские назначения должны пояснять лекари, — сказал он.

— Пояснят. При свидетелях.

— Вы настроены воевать.

— Нет. Воевать любят люди, которые уверены, что чужие жизни можно переставлять на карте. Я настроена получить правду.

Ирвент склонил голову.

— Правда редко бывает удобной.

— Наконец-то мы согласны.

Я пошла дальше первой.

Не потому, что он уступил дорогу. Потому что больше не хотела стоять перед ним как обвиняемая.

У выхода из башни нас догнал Дамир. В руках он держал свежий акт.

— Госпожа Тавран.

Я взяла лист.

Акт о выявленном отсутствии документов и предметов внутреннего футляра: приложение четыре-б, малый кровный образец, дополнительная лента печати жреца.