Книга Развод с драконом. Я верну себе крылья, страница 20 – Лия Верес

Отражение в тёмном стекле задрожало, словно само зеркало не выдерживало того, что показывало. Молодая Элира в брачном круге ничего не заметила. Она стояла напротив Ардена, держала его руку и смотрела на него так, как смотрят только в день, когда ещё верят: любовь сильнее родовых законов.

Нынешняя Элира смотрела на себя прежнюю и почти не узнавала.

Сколько света было в её лице.

Сколько доверия.

Сколько беззащитности, которую она тогда принимала за счастье.

В зеркале Арден наклонился к ней ближе. Его губы шевельнулись, и Дом крыльев, словно сжалившись, дал звук.

— Я выбираю тебя, Элира Сейн, — произнёс молодой Арден. — Не твой род. Не твою силу. Тебя.

У нынешней Элиры перехватило дыхание.

Она помнила эти слова. Хранила их три года, как последнюю тихую правду, когда всё вокруг становилось холоднее. Когда Вейры ждали от неё крыльев. Когда Сайра впервые появилась на семейном приёме и все вдруг начали говорить о чистоте крови Морвенов. Когда Арден всё чаще задерживался в родовом крыле, а возвращался таким уставшим, что она не решалась спрашивать, почему между ними стало меньше воздуха.

Он говорил правду.

Тогда — говорил.

И от этого предательство становилось не меньше, а страшнее.

Потому что, если он выбирал её по-настоящему, значит, кто-то вмешался не в пустой союз. Не в холодную сделку. Не в удобный брак двух домов.

Кто-то вошёл в живую клятву.

Зеркало показало Сайру чётче.

Она стояла у колонны в светло-сером платье, моложе, чем сейчас, но уже с тем же спокойным лицом. Не гостья в общем ряду. Не случайная свидетельница. Её место было выбрано точно: между линией брачного круга и боковой плитой Палаты, где проходили невидимые каналы родовой фиксации.

Элира тогда не знала о таких вещах.

Теперь Дом крыльев учил её видеть.

Сайра подняла руку к браслету. Алый камень вспыхнул не ярко, а глубоко, будто внутри него открылась щель. Золотая нить Элиры, которая должна была свободно соединиться с клятвой Ардена, тонко дрогнула. На миг она всё ещё тянулась к нему. Потом рядом с брачной пластиной проступили семь едва заметных точек.

Одна.

Вторая.

Третья.

До седьмой.

Они вспыхнули так быстро, что обычный глаз не уловил бы. Но зеркало замедлило движение. Дом крыльев заставил Элиру увидеть каждую.

Первая точка легла у основания нити и будто пригвоздила её к пластине.

Вторая разделила сияние на два потока.

Третья увела слабую золотую жилу в сторону старшей линии Вейров.

Четвёртая обернула её вокруг имени Ардена.

Пятая ушла глубже, туда, где в брачном договоре прятались родовые условия.

Шестая вспыхнула возле алого камня Сайры.

А седьмая…

Элира подалась ближе к зеркалу.

Седьмая печать не легла на нить. Она раскрылась чуть выше, за плечом Ардена, там, где в отражении не было никого. Только пустота между колоннами. Но в этой пустоте на миг проступила тёмная женская рука с тонкими пальцами и кольцом в форме рассечённого крыла.

Кольцо Вейров.

Старое. Не такое, как у Ардена.

Зеркало погасло.

Элира резко вдохнула и отступила, едва не задев плечом стену. Холл Дома крыльев вернулся к ней весь сразу: закрытые тканью зеркала, тёмная мозаика перьев под ногами, золото линий, плывущее по полу, и тишина, в которой теперь было слишком много ответов и ещё больше вопросов.