Книга Ещё одна жизнь злодейки. Игра на выживание, страница 70 – Анна и Валентина Верещагины

* * *

Царила тишина.

Я продолжала смотреть на золотистые лучи солнечного света, озарявшие поля, прокручивая в голове недавний разговор. Грызущая тревога терзала меня изнутри.

Я действительно волновалась о текущем положении дел.

Впутывать во всё это маркиза было последним, чего бы мне хотелось. Однако изменить что-то уже невозможно. По глазам Ноа было слишком просто понять, что мои опасения верны. Он наверняка самостоятельно рассказал Тобиасу о причастности королевы.

За это малое время я как-то прониклась к семье Диане, какой бы странной она ни была. Мне горестно представлять, чем может всё закончиться, если их всех коснутся последствия нашей с Ингрид игры на выживание. Смерти Тима мне хватило с головой, чтобы осознать, что выживет лишь одна из нас.

Проехав ещё немного, карета внезапно остановилась.

Я выглянула в окно и увидела большие металлические ворота, по обе стороны которых стояли устрашающие стражники. Пока всадник герцога что-то тихо говорил охранникам, они заглянули внутрь кареты и заметили нас с Глорией. Этого было достаточно, и нас быстро пропустили.

Тяжёлые ворота медленно открылись, а карета въехала на территорию герцогского логова.

Вдалеке с восточной стороны ворот я увидела конюшню и пару лошадей, жующих траву в огороженном поле. Группа вооружённых людей болтала между собой, патрулируя каменную дорожку, которая окружала здание в средневековом готическом стиле.

Огромный особняк, который можно было принять за крепость, выглядел мрачным, но элегантным. Воздух за воротами казался… мягче. Быть может, из-за запаха свежих цветов и свежескошенной травы?

Далее меня, к удивлению, очень тепло встретил пожилой усатый дворецкий в классическом костюме.

Дядечка представился Виктором, что очень порадовало меня. Это первое имя, что я точно не спутаю с другими.

Витька — теперь исключительно так я буду его звать в своих мыслях — неспеша провел меня в глубь территории особняка.

Каменные дорожки соединялись друг с другом вокруг площади, и, наконец, к главному зданию особняка можно было подняться по центральной лестнице. Войдя в просторное помещение, мое внимание сразу привлек пол, покрытый мраморными плитками, вырисовывающими непривычные для глаз рисунки. Уверена, что с высоты второго этажа у меня появится возможность рассмотреть общую задумку архитектора.

Вдоль левой и правой стены поднимались лестницы с двойными пролетами и тянулись вплоть до второго этажа. Они гармонично примыкали к длинной лестничной площадке-балкону, что огораживали сдержанные перила из резного дерева. Ступени устилали длинные бардовые ковры. В центре стены, по которой тянулся балкон, было сложно не заметить архитектурную арку, украшенную фресками. Она выводила жильцов в хорошо освещаемый коридор, что наверняка вел к хозяйским спальням.

Множество глаз с полотен и статуй этого зала смотрели на меня жутким взглядом. Высокие окна располагались на противоположной стене от лестниц и внутреннего балкона, а исходящее из них дневное освещение прекрасно передавало красоту интерьера.

Сколько нахожусь в этом романе, одно остается неизменным — впечатления.

Таких красот я бы в реальности никогда не сыскала, либо насладилась ими лишь на протяжении нескольких часов, находясь в музее. А тут я не просто могу потрогать всё это глазами, но ещё и руками пощупать.