Книга Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть, страница 201 – Анна и Валентина Верещагины

Слёзы навернулись мне на глаза после услышанного крика, больше походящего на отчаянную молитву обезумевшего.

Это так банально, что я полюбила его.

— Я долгое время верила, что являюсь злодейкой из сказки, которой не суждено стать главной героиней.

Что-то маленькое внутри меня разлетелась на куски от понимания — насколько идеально он мне подходит. Такие страстные, порой противоречащие чувства испытать можно — если повезёт — раз в жизни.

В голове у меня творился полный беспорядок.

Я ничего не чувствовала, но заставляла себя открывать глаза и говорить.

— Но ты тот, кто заставил меня понять, что я должна сломать собственноручно возведённые стены... Ты вынудил меня почувствовать себя так, словно я заново родилась.

Язык отказывался шевелиться, а посему моё «пламенное» откровение прозвучало как бредни алкоголика.

Короткий момент, когда Карлос отстранился после поцелуя и отпустил мою руку, казался мне слишком медленным и нереальным, как в замедленном видео.

Он всё пытался обогреть моё тело и особенно руки, отказываясь принять, что с теплом угасает и моя вторая жизнь.

— Я хочу видеть тебя счастливой и улыбающейся. — не прекращал он. — Я уже поверил, что однажды ты откроешься мне. Полюбишь меня.... Не лишай меня этой мечты!

Так уж сложилось, что мораль моей жизни: поощрять добро и наказывать зло. Вот только я оказалась ещё большей злодейкой, позабыв об этом. Судьба оказалась — как та, которой я пыталась быть — справедливой.

Я могла получить в этой жизни всё, что хотела: деньги, власть, силу, любого мужчину, но то, что меня в конце ждало, было не счастливым концом, а полнейшим крахом. Как оказалось, абсолютным разочарованием.

— Наш уговор. — очередной приступ кашля и ещё одна попытка Карлоса зажать мою рану на спине. — Очевидно, ты будешь разочарован, но я не смогу сдержать данное обещание…

Услышав это, Карлос зарылся в мои волосы.

Прикосновение было таким же, как прежде: страстным, искренним и жадным. Потому я почувствовала вину.

— Нет.

Почти прорычал он, прижимая мою обессилевшую руку к своей горячей щеке.

Он яро отрицал мои последние слова даже не словами, а взглядом, мимикой и лёгкими жестами, как покачивание головой, нахмуренными бровями и угрожающим взглядом. В глазах читалась боль утраты и нежелание мириться с неизбежным.

Я же чувствовала, что время уходит… Утекает сквозь пальцы, точно золотой песок.

Было сложно уловить и описать эмоции, собственные чувства, даже собственные мысли… Всё словно сливалось в единое пятно, излучающее тоску и жалость к самой себе.

— Ты... Кха!

С каждой секундой мне всё сильнее казалось, что я выхожу из тела и наблюдаю за кем-то другим, а не собой.

— Я рада, что могу побыть рядом с тобой ещё немного...

— Не говори так… А как же Лоаз?! Там тебя ждет… Где этот чёртов лекарь!!?

Всё сливалось в единое пятно перед глазами, лишь еле читаемые силуэты, мелькавшие передо мной, напоминали людей. Где-то справа от меня я слышала печальный и в то же время настороженный голос Михаэля. В приказном тоне он что-то говорил, но разобрать я не смогла ни слова, а затем отчетливый шум.

«Ты навсегда останешься в моём сердце, Карлос Сензо».

Я очень хотела сказать эти слова погромче, но у меня не оставалось сил. Я смогла лишь пошевелить губами и произнести:«Ты...останешься...».