Книга Запечатлённые, страница 63 – Велл Матрикс

Кассандра довела Оливию до белого каления. И можно ли винить в этом Оливию?

— Пообещай, что больше никогда не будешь мне лгать, — голос Тео смягчился.

— Обещаю! Мне… я попробовала один раз, и мне совершенно не понравилось, — она печально улыбнулась.

Такая красивая. Такая родная. Тео не выдержал и поцеловал девушку, чувствуя на губах соленый привкус слез.

Если не верить ей — то кому вообще тогда верить?

Оливия протяжно застонала, углубляя поцелуй, прижалась к нему, обнимая… Тео с сожалением отстранился, когда руку прострелило резкой болью.

— Ты так давно меня не целовал, — прошептала Оливия.

— И кто же в этом виноват?

— Прости…

— Это сложно, — признался Тео. — Но… я люблю тебя, и вместе мы с этим справимся. Я ни в чем не буду винить тебя, и ты сделаешь для меня то же самое.

— Да, любимый, — нежно согласилась Оливия.

И до самого расставания она действительно вела себя безупречно. Словно они вернулись в начало отношений, когда все было красиво и невинно. Оливия не пыталась прикасаться к нему, и Тео, не вынужденный терпеть приступы боли, словно заново открывал, почему он полюбил эту девушку.

День, который грозился вылиться в катастрофу, вдруг стал одним из самых счастливых за последнее время. И Теодор твердо решил, что больше не позволит себе слабости. Он в состоянии держать себя в руках, а эмоции — под контролем. Он больше не заговорит с запечатленной и через неделю забудет дорогу в лесной дом до тех пор, пока не появится ребенок.

И у него на удивление легко получилось проигнорировать Кассандру, когда он пришел к ней на следующий день. Тео не стал проверять память собак, сразу прошел в дом, и, велев девушке раздеться, без труда пресек ее попытку заговорить.

Он твердил себе, что это все — ее вина. Ей следовало быть скромнее, и вообще не соваться в элитную школу. Это ее гордыня привела ее сюда.

Она сама выбрала себе такую судьбу.

Тихие слова девушки заставили его на миг замереть. И он торопливо ушел, не желая на них отвечать.

Потому что это не было вопросом. Она словно констатировала свершившийся факт, ожидаемый ею. Как будто Кассандра знала, что будет именно так.

И почему-то это задело Теодора.

— Я что, настолько предсказуем? — поинтересовался он у своего отражения.

Потому что Кассандра не выказала ни малейшего удивления. Или возмущения, или непонимания. Словно она знала, что Тео вместо Оливии будет винить ее.

Но ведь он прав! Если бы несносная девчонка не пыталась прыгнуть выше головы!.. Если бы умерила гордость!..

…тогда она не была бы Кассандрой. Поразительной девушкой, умудрившейся вызвать в нем симпатию за несколько коротких встреч, когда изначально он был настроен резко против нее. И узор тут не при чем, он заставляет желать лишь тело. Но его интерес к Кассандре куда больше, чем плотский.

И больше всего ему хочется вырвать этот интерес из разума. Ему не нужна эта симпатия, равно как и эта девушка. Ей суждено умереть, чтобы Тео мог жить дальше так, как сам пожелает.

Он никогда не выберет зависимость от женщины. Тем более той, что ненавидит его. Ведь он все сделал, чтобы Кассандра его возненавидела. Теперь уже ничего не исправить. А это значит, что ее смерть — единственный для него выход.

Он и так слишком многое позволил этой девушке. Еще немного — и он не сможет просто отвернуться от нее. Поэтому нужно сделать это сейчас, пока это ему еще под силу.