Книга Беглянка, страница 24 – Велл Матрикс

Да, проход через Дверь никак не ощущался.

А вот удар по чему-то огромному, внезапно возникшему посреди дороги — очень даже ощущался.

Хорошо, что я не забыла пристегнуться, а потому не приложилась головой о стекло или приборную панель, хотя от ремня синяки точно останутся. Пьер правила безопасности проигнорировал, за что и поплатился, впечатавшись в руль и едва не проломив ветровое стекло головой.

Машина заглохла. И не удивительно — вся ее передняя часть оказалась всмятку разбита.

А затем я поняла, что то, во что мы врезались — живое.

Живое, огромное и очень-очень злое.

На то, что перед нами оказалось какое-то животное, толсто намекала кровь, хлещущая из вспоротой обломками машины каменно-серой кожи.

А, ну и рев, полный злобы и боли. Впрочем, я не сразу идентифицировала звук.

— Пьер? — я похлопала парня по руке, плохо представляя, что нам в этой ситуации делать.

Но он не отозвался, и только пульсирующая на шее жилка сообщала, что парень пока еще жив.

Впрочем, кадхаи должны быть весьма выносливы, так что авария не могла его убить.

А вот тварь снаружи — вполне могла. О чем свидетельствовали острые зубы в пасти размером с мою голову. Пока я пыталась привести Пьера в чувство, животное развернулось к нам, демонстрируя желание немедленно нас сожрать.

Острые когти прошлись по стеклу, оставляя глубокие борозды, и я как-то сразу поняла, что в машине пересидеть не получится. Еще пара-тройка таких ударов, и преграда между нами и тварью падет.

После этого животинка хорошо покушает, а нас ничего хорошего точно не ждет.

Я отстегнула ремень, потянула Пьера на себя, резко открыла дверь и бросилась прочь из машины в лес, на ходу закидывая бессознательное тело себе на спину, в который раз добрым словом поминая Грату с ее удвоенной силой тяжести. А ведь в детстве ненавидела планету, на которой росла, совсем не приспособленная к жизни на ней. Но тренировки дали свои плоды, мышцы налились мощью, и на планетах с обычной силой тяжести я показывала чудеса выносливости.

Не скажу, что нести на себе столь крупного мужчину, как Пьер Эйлимхаи, было легко, но определенно моя тренированность давала парню шанс на спасение. Как и мне.

Конечно, бежать по дороге было бы проще. Как нам, так и рванувшей за нами твари, поэтому я предпочла бежать в лес, где нашему преследователю с его размерами определенно будет сложнее, чем нам. Мне показалось, раны у монстра довольно глубоки, так что был определенный шанс, что животное ослабеет от потери крови и прекратит преследование.

Но тварь оказалась упорной. И живучей. Я уже начала выдыхаться, теряя надежду на то, что мы сумеем спастись. Бег постепенно сменился на шаг, и каждый последующий давался сложнее. Мелькнула мысль, не бросить ли Пьера? Одной мне будет легче, да и тварь задержится, наткнувшись на беспомощную жертву. Вдвоем нам точно не спастись…

Но я просто не могла обречь человека на гибель, даже если это сулило мне спасение. Поэтому упрямо шла вперед, прислушиваясь к треску веток за спиной.

Не знаю, что бы в конце концов победило — порядочность или чувство самосохранения, но в какой-то момент я вдруг осознала, что больше не слышу преследователя.

По инерции сделала еще несколько шагов и остановилась, с едва слышным стоном опуская свою ношу на землю. Сразу стало легче, и я повернула назад, прислушиваясь и готовясь снова сорваться на бег, если тварь подаст голос.