Книга Ненавистная жена. Вызов для попаданки, страница 28 – Анна Кривенко

— Я буду через десять минут, — твёрдо ответила я, закрывая дневник и откладывая его в сторону. Служанка поклонилась и поспешно удалилась.

Я быстро встала, привела себя в порядок. Надела самое скромное, но элегантное платье, что нашла в своём гардеробе, и направилась в столовую. Уж лучше так, чем напоминать попугая в юбке по имени Зинельда…

* * *

Ужин начался не в самой уютной атмосфере. Камин потрескивал где-то в углу, отбрасывая пляшущие тени на тёмные дубовые стены, а слуги, ссутулившись, неуклюже перемещались между столом и буфетом, стараясь двигаться как можно тише. В центре длинного стола, заставленного блестящей посудой, возвышалась серебряная ваза с фруктами, но даже она, казалось, нервно позвякивала от напряжения.

Кузина Элинор сидела напротив меня — ослепительная и величественная, словно статуя Афины. На её тонких запястьях поблескивали браслеты, а корсет выделял осиную талию, которую я сразу окрестила воплощением тщеславия. Пышные локоны светлых волос были уложены так идеально, что казалось, будто их нельзя нарушить ни ветром, ни землетрясением. Её холодные голубые глаза изучали меня, словно я была досадной ошибкой судьбы.

Я знала, что она начнёт. Просто ждала. И этот момент настал.

— Ах, дорогая Джульетта, — протянула Элинор, аккуратно поправляя лежащую на коленях салфетку, — я всё пытаюсь понять: как вы вообще познакомились с Ромео? Это должно быть… потрясающая история.

Она улыбнулась, но её взгляд был колючим. Первое наступление. Такое же предсказуемое, как и всё остальное.

— О, кузина, боюсь, вам будет скучно слушать, — ответила я, изобразив ту же ледяную вежливую улыбку. — Ведь история о браке, случившемся по приказу старшего графа Сильетти, наверняка покажется вам такой же унылой, как этикетка на бутылке вина…

Ромео, сидевший в торце стола, медленно поставил бокал с вином, но даже не взглянул на нас. Его лицо оставалось холодным, как у мраморной скульптуры. Лишь слегка напрягшийся угол рта выдавал, что он слушает.

Ну да, ну да, я не собираюсь скрывать от кого бы то ни было, что наш союз — это просто фарс…

Элинор фыркнула, как породистая лошадь, но тут же взяла себя в руки.

— Удивительно, как вы умеете завуалировать недостатки, — протянула она. — Но мне больше интересно другое. Джульетта, вы ведь, кажется, родом из… простонародья?

Она сказала это так невзначай, как будто обсуждала выбор фарфоровой посуды. Но её слова заставили тётю Зинельду, сидящую сбоку, громко хрюкнуть. Все взгляды мигом устремились на неё. Тётушка, покраснев, быстро нагнулась, якобы поправляя вилку, которая выскользнула из её руки.

— Простонародье? — я медленно отложила нож и взяла бокал воды, чтобы выиграть пару секунд. — Как любопытно вы интерпретируете родословную благородных семей. Мне кажется, Ромео как-то упоминал, что наш род ведёт начало ещё со времён объединения земель? Хотя, конечно, могу ошибаться. Я ведь такая «простая».

Я сделала вид, что серьёзно задумалась, а затем добавила:

— О, я вспомнила! Тетушка как-то упомянула, как ваши предки изрядно задолжали королевской семье. Интересно, как долго приходится возвращать такие долги? Вы до сих пор возвращаете или уже справились?

Глаза Элинор сверкнули, но прежде, чем она нашлась с ответом, тётя Зинельда вновь напомнила о своем существовании. На этот раз она громко уронила вилку, и слуги, переглянувшись, быстро кинулись к столу, чтобы всё поправить.