Книга Баба Клава против!, страница 15 – Резеда Ширкунова

— Милый, может, всё же представишь нам своих гостей? — прозвучал из-за спины Люка женский голос, пропитанный ленью и неприкрытым злорадством.

Вошедшие не сразу заметили кресло в полумраке у стены, где восседала незнакомка.

— Ах да, прошу прощения, дорогая! — встрепенулся Люк. — Ниби, Кларенция, позвольте представить вам мою супругу, Найду Бессанас, дочь главы северо-восточных земель.

Рыжеволосая женщина с надменным видом окинула их презрительным взглядом, словно оценивала на ярмарке скот.

— Так вы решили искать защиты у рода моего супруга? И с какой стати, позвольте узнать? Насколько я понимаю, ваша нянюшка, дорогой, давным-давно покинула отчий дом, последовав за твоей сестрой в чужие земли? — вопросы сыпались из нее, словно искры из камина. — Значит, она добровольно отказалась от вашей поддержки. А вы, дорогая золовка… — взгляд Найды скользнул по лицу и одежде Клавы, заставляя ту почувствовать себя выставленным на продажу товаром.

— Не думаю, что нам стоит кормить два лишних рта! Тем более, насколько мне известно, вы привыкли жить за чужой счет: сначала родители, потом муж. Свела супруга в могилу, и теперь собралась усесться со своим щенком нам на шею? Ребёнку нужна смена пеленок, еда, отдельная спальня, а у нас, извините, все комнаты заняты.

— Найда! — попытался остановить ее Люк.

— Разве я не права, милый?

— Ты всегда права, — тяжело вздохнул мужчина, отводя взгляд, чтобы не встретиться с укоризненным взглядом сестры и няни.

Нет, ему не было стыдно за слова супруги. В глубине души он признавал ее правоту: раз ушла в другой род — там и оставайся. Но Найда была чересчур прямолинейна. К этому вопросу следовало подойти тоньше.

— Впрочем, у меня есть одна маленькая комнатушка для служанки, — продолжала свою тираду Найда. — Если тебе так уж нужна помощь, могу предложить место поломойки или посудомойки. Работа с шести утра до позднего вечера, перерыв на обед — полчаса.

— И когда же мне при этом кормить ребёнка? — с едкой усмешкой бросила Клава, наблюдая за разгорающимся гневом недалёкой родственницы.

Обида жгла сердце, но к подобному приёму она была готова. Из рассказов Ниби Клава успела составить портрет брата: трусливого и лживого человека, который все свои детские шалости спихивал на младших, а повзрослев, так и не смог избавиться от привычки увиливать от ответственности.

— Это уже твои проблемы!

— Благодарю за тёплый приём, братец, но думаю, нам пора, — холодно произнесла Клава.

— Милая золовка, я готова помочь вам в меру своих возможностей, но решение за вами!

Клава подняла голову и, не обращая внимания на невестку, посмотрела брату прямо в глаза.

— Наступит день, когда эта ведьма поступит с тобой так же, как и с твоими близкими. И рано или поздно ты вспомнишь этот миг. Даже, если не придешь к нам, этот момент будет преследовать тебя всегда. Счастья и здоровья, братец! Как ты вычеркнул нас из своей жизни, так и мы вычеркиваем тебя… Пошли, нянечка!

Клавдия развернулась и вышла, а вслед ей неслись крики Найды, полные угроз и проклятий.

Старушка, не проронив ни слова, последовала за девушкой.

* * *

Морщинистая ладонь старушки легла на плечо Клавы, словно увядший лист, и легонько сжала.

— Клава, дитя надрывается, а ты сидишь, словно громом пораженная, и ничего не слышишь.