Книга Баба Клава против!, страница 14 – Резеда Ширкунова

— Когда ты покинула этот город? — спросила Кларенция, пытаясь разгадать тайну, что заставляла эту женщину смотреть на Люка с такой тоской и нежностью, словно он был утраченной частью её сердца.

— Ах, ты об этом! Да я уже давным-давно покинула наш родовой дом. Как только ты выросла, перебралась в свой домик на границе с оборотнями. Твой батюшка, да простит Создатель его душу за все прегрешения, вызвал меня незадолго до твоего отъезда в клан песцов и предложил сопровождать тебя в качестве дуэньи. Дома совсем тоскливо стало, вот я и согласилась.

Пока они вели тихую беседу, Люк подошел к воротам и, распахнув их, впустил телегу с лошадью во двор.

— Оставьте здесь. Сами идите. Если господин Хрост разрешит вам остаться, мы сами распряжем лошадь и отведем ее на конюшню.

Няня прищурилась, в упор глядя на стражника.

— Андреас, что-то случилось, о чем я не знаю?

Юноша опустил голову, и после нескольких секунд молчания проговорил с горечью:

— Господин Люк женился сразу после смерти отца, не дождавшись даже окончания траура. Его жена, Найда — настоящий демон во плоти. Держит его в ежовых рукавицах, он во всем ей потакает. Слова поперек не скажет. Боюсь, госпоже Кларенции здесь жизни не будет, если она решит остаться в усадьбе.

Юноша склонил перед Клавой голову.

— Простите, госпожа, за прямоту, вы мне всегда нравились, и я не хочу, чтобы вы стали безвольной служанкой в собственном доме.

— Спасибо, Андреас, за заботу и предупреждение, но попытаться все же стоит.

* * *

Спустя тягучие полчаса, словно наполненные густой смолой тревоги, женщины покинули гостеприимный, но теперь уже опаленный тенью предательства дом брата Кларенции. Взобравшись в повозку, она обратилась к стражнику с просьбой открыть ворота.

— Благодарю тебя, дитятко, да пошлет тебе Создатель супругу добрую за сердце столь отзывчивое. Мы предвидели, конечно, нечто подобное, но не думали, что Лука посмеет… — прошептала старушка, по-матерински похлопав Андреаса по плечу.

— Нянюшка, неужели все настолько скверно?

— Ни хорошо, ни плохо. Видать, это испытание ниспослано нам свыше, дабы дух наш окреп, а душа закалилась в горниле невзгод.

Минуя городскую суету, они свернули на вторую, едва приметную развилку. Заметив поникший вид Клары, старушка ласково приподняла ее подбородок и, заглянув прямо в глаза, спросила:

— Ты сожалеешь?

— Нет! — последовал незамедлительный, твердый ответ.

— Отъедем подальше от этого змеиного гнезда, тогда и поговорим обо всем.

Устроившись поудобнее на узле с пожитками, старушка решительно дернула вожжи.

А Клара, погруженная в пучину воспоминаний, вновь и вновь прокручивала в голове разговор с братом и его женой. И лишь одна мысль терзала ее сердце: так и не узнала она о судьбе младшего брата, Иркана.

Кабинет Люка располагался на втором этаже. Когда Ниба с Клавой и младенцем переступили порог, густая, словно застоявшийся туман, тишина обволокла их. Наконец, хозяин очнулся от оцепенения, отложил перо, скользнувшее по пергаменту, и поднялся навстречу гостьям.

— Сестра… Ниби… Каким ветром вас занесло в наши края? — прозвучал вопрос, и Люк, приблизившись, заключил в объятия сначала Клаву, затем Ниби.

— Мужа Клариции убили, господин Хрост, и глава их рода, посчитав нас обузой, отправил восвояси, — проговорила няня, склоняя голову. — Мы пришли искать защиты у вашего рода.