Книга ...штопаем ранения души, страница 56 – Александр Горохов

— Зря ты недооценииваешь моих коллег. После какого-то «шухера» в институтской приёмной Суслова и подъезде его дома установили телекамеры, и по кадрам с них легко установят, одно это лицо было или разные. А уж твои фото, сделанные на встречах со мной, ложатся на стол в Комитете регулярно.

— Я знаю. В школу уже приезжали, чтобы выяснить, кто я такой. Со мной не беседовали, ограничились педколлективом, но посмотрели и на меня. А я воспользовался тем, что комитетчик железобетонно подтвердит моё алиби, в это время и «сходил в гости» в институт Суслова.

— Даже так? — развеселился Судоплатов. — Ай, да Миша!

— Ай, да сукин сын! — со смехом продолжил я фразу. — И вообще, Павел Анатольевич, тема «Бессмертного Полка» не безгранична для «оправдания» наших контактов. Там, в будущем, очень популярен литературный жанр так называемых «попаданцев». То есть, людей, по воле случая или добровольно оказавшихся в прошлом. Кто в собственном «текущем» теле, кто в теле жителя того времени, а у кого — разум переселился в себя более молодого. Ну, как у меня. Так почему бы мне не взяться за написание такой книги о, например, «вернувшемся в молодость террористе Сталина № 1 Павле Судоплатове»? Скажем, в начало 1941 года, когда уже и «Утка» завершена, и Война только впереди. И приезжать в столицу я буду для консультаций с вами. Материалы для неё у меня имеются из вашей книги воспоминаний, да и ничто не мешает мне заняться плагиатом из уже написанной в будущей такой книги. Ну, поправим то, что вам в ней не понравится.

— Интересно было бы почитать, — заинтересовался разжалованный генерал. — Глупостей, небось, там немеряно.

— Однозначно немеряно! Но нам-то нужна не правда, которая даже опасна, а чтиво, живой и занимательный вымышленный сюжет. Правдоподобный, но выдуманный от начала и до конца: это же фантастика, опирающаяся на открытые источники и представления автора о поведении героя. Пусть, например, создание ОМСБОН произойдёт раньше, а книжный Павел Анатольевич будет пачками «валить» фашистов в глубоком немецком тылу, — под смех Судоплатова вспомнил я сюжет книги, которую собрался «передрать». — Да знаю, знаю я, что чекиста такого уровня ни за что бы не пустили в тыл врага! Но непритязательный читатель проглотит за милую душу. А чтобы Комитет остался доволен, можно будет написанные главы и ваши замечания к ним гонять обыкновенными почтовыми бандеролями. И к вам будет меньше вопросов по содержанию ваших «консультаций».

— А ты сможешь написать целую книгу? Это ведь не так просто.

— А почему нет-то? Далеко не в первый раз: последние годы я только этим на хлеб и зарабатывал. Очень много писал. Очень много. Шариковой ручкой, конечно, намного медленнее, чем набирать текст на комп… на персональной ЭВМ, и правки вносить намного сложнее. Но свою первую книжку я именно так и писал: авторучка, листочки в клеточку из расшитой школьной тетрадки, множество зачёркиваний-перечёркиваний и написанных поверх текста исправлений.

25

Кстати, про книги. Состоялся у меня в ноябре и другой разговор на эту тему.

Моя «Сын своего отца» после того, как её прочитала Муртазаева, пошла «гулять» по одноклассникам. Я, конечно, очень тщательно отслеживал, чтобы кто-нибудь не «заиграл» тетрадки с ней, настаивая на том, чтобы не случилось того, что «Вася передал Пете, Петя дал Кате, а Катя сестре Светке из соседнего города». У меня взял — мне и отдай, а уж потом с петями, катями и светками я сам буду разговаривать.